— Жили, — сглатываю и тереблю ремешок сумки. — Пока ваш сын не завел любовницу, — говорю это и чувствую, как во мне поднимается злость. Она кровожадно облизывается. Готовится разорвать свекровь, если та хоть слово скажет о том, что ее сын не виноват.

Но вместо этого Лилия Константиновна вздрагивает, как от удара и хватается за сердце.

— Боже. Мой Илья? Любовница? Может, ты что-то не так поняла? Может быть…какой ужас! это какая-то ошибка, Светочка. Точно ошибка.

— Я поняла все правильно, — устало выдыхаю и прикрываю глаза."

"Говорить о ребенке не хочу. Свекровь не знает о моей проблеме, да и шокировать еще и тем, что вскоре у нее будет внук, от пока совершенно незнакомой женщины…имею ли я вообще моральное право о таком сообщать? Это должен ее сын сделать.

Тот, которой придет в себя и обязательно все ей расскажет. Наверное…

— Светочка, не нужно рубить сплеча. Он тебя любит. Я знаю, что любит, — хватает меня за руку. — Вы столько лет вместе. Оступился, понимаю, что больно. Обидно. Но вот так сгоряча…не время сейчас все рушить, родная. Ты ему нужна. Он же без тебя…как он без тебя, Свет?

Лилия Константиновка сжимает мои пальцы. Подбадривает. А меня почему-то прорывает. Не могу контролировать злость. Не могу приглушить обиду. Рана слишком свежая, еще кровоточит.

— А когда время? Такое время вообще существует, лилия Константиновна?

— Не знаю, — качает головой, — но ему сейчас нужна твоя поддержка. Твоя любовь. Он же там, — накрывает рот ладонью, — в трубках весь. Без сознания. Ему там страшно. Я знаю, что ему там страшно и холодно. Моему мальчику…

Она снова начинает плакать, а у меня дыхание перехватывает. Мурашки по телу от ее слов. Зачем она мне все это говорит?

Я испытываю настоящий ужас.

Мне невыносимо даже мысль допускать, что Илья не очнется. Я столько лет его любила. Столько лет считала его своим самым близким человеком…

Это какая-то карма? Его наказание за измену, и мое за то, что смогла так легко перечеркнуть все, что между нами было?

Не знаю. Я ничего уже не знаю. Дрожу, плачу и ненавижу себя.

Ненавижу за то, что продолжаю его любить после всего. За то, что случилась эта авария. За то, что передо мной снова стоит выбор — уйти или остаться…

Я все для себя решила. Мне с трудом удалось собрать себя, отодрать от него и шагнуть за порог нашей квартиры. А теперь что? Что теперь?!

Все слишком сложно.

Вытираю слезы, а у самой в голове все мысли о смерти. Гроб, похороны, поминки. О чем я только думаю?

Он очнется. Пойдет на поправку.

Где-то сбоку слышится шум. Поворачиваю голову. Вижу, как к нам приближается врач. Высокий, широкоплечий мужчина в годах.

Лилия Константиновка тут же встает со скамейки. Обхватывает огромную ладонь врача, когда тот останавливается рядом.