Значит, звонок был с мобильного Ильи?

Разве врачи или полиция так делают? Ищут родственников в записной книжке пострадавшего?

Что-то не складывается…"

"Хотя, возможно, я просто себя накручиваю. Нервы. Да и недоверие теперь зашкаливает. Илья, как выяснилось, не самый лучший мужчина, но докатится до того, чтобы состряпать подставную аварию и попадание в больницу он не мог. Это же за гранью.

Спускаюсь на первый этаж. Там же прямо на ходу снимаю с себя халат и кладу на первую попавшуюся лавочку.

— Вы не понимаете, я должна к нему попасть!

Эхо громких голосов застает врасплох. Тело реагирует мгновенно, я покрываюсь липким потом, прирастая к полу.

— Девушка, не родственников, не пускаем! Сколько я вам еще буду это повторять?

Обернутся страшно. Вдруг это она? Что, если это она?

— Ну, пожалуйста. Женщина, миленькая, мне очень нужно его увидеть.

— Вы глухая? Я вам уже все сказала — Антипов в сознании, с ним все нормально. Идите домой.

— Он отец моего ребенка, да , мы не расписаны, но…

Мир рушится на части в этот момент. Она пришла к нему, зная, что здесь могу быть я. Не постеснялась открыто заявить, что у них будет общий ребенок…

Запахиваю пиджак. Хочется поскорее отсюда уйти. Согреться хочется, потому что пальцев рук и ног я уже не чувствую. Нервное онемение.

Делаю шаг в сторону двери. Именно в этот момент она поворачивается. Ловит меня взглядом и захлопывает рот. На вид, ей лет двадцать, не больше. В глазах неподдельный ужас.

— Светлана? — произносит мое имя с запинкой и переминается с ноги на ногу.

То есть, она в лицо меня знает. Прекрасно!

— Допустим, а вы? — пристально ее рассматриваю, наверное, даже надменно.

Кажется, оцениваю. Она моложе. Совсем девочка. Красивая. Но разве могло быть иначе?

— Надя, — всхлипывает и прижимает ладони к груди. На лице отпечатки потекшей туши, глаза красные, а губы дрожат.

— Я чем-то могу вам помочь? Не думаю, что мы знакомы.

Внутри скребет то самое чувство, когда ты понимаешь, что один из твоих страхов воплотился наяву. Мой точно сейчас передо мной. Она. Его любовница, с наметившимся животом.

Один из ночных кошмаров — он и она с ребенком. В парке. Веселые. Счастливые.

— Вы меня не знаете. Точнее…понимаете, мы с Ильей, он и я…, — она всхлипывает и давит пальцами на виски, — меня к нему не пускают. Говорят что если не родственница, то нельзя.

— Сожалею, Надя. Такие правила, — безразлично пожимаю плечами.

Это какой-то сюр. Самый настоящий.

— Скажите, с ним все хорошо?

— Живее всех живых.

Рассматриваю ее, как какую-то зверушку. Хотя она такая и есть. Мелкая, назойливая, раздражающая. Она либо слишком наивная и тупая, либо беспардонно наглая.

Опускаю взгляд ниже. Под длинным пальто, что на ней надето, живот не особо видно, но некий выступ уже отлично сформировался.