К нему приходил каждый день врач-мануал и делал усиленный массаж всех доступных мышц тела, кроме загипсованных, разумеется, еще Битов попросил врачей повесить над ним специальный турник и подтягивался в течение дня, но пока только одной рукой.

Я ему сочувствовала, представляя, какое это мытарство, хоть он и не жаловался особо, и подумала, что не мешало бы как-то разнообразить больничную жизнь Битова. А?

Я созвонилась с его лечащим врачом и договорилась о встрече и консультации в субботу.

Прошло две недели, как Влад лежал в больнице, я бы уже взвыла, честное слово, и донимала бы окружающих ужасно, и капризничала бы, но Битов терпел и старался бодриться. Рассказывал, посмеиваясь, как к нему приходили официальные лица из агрофирмы и утверждали, что мы с ним совершили героический поступок и они собираются выдвинуть наши кандидатуры на государственную награду.

– Не надо! – перепугалась я.

– Вот и я им сказал, что не надо, – поддержал меня Битов, переместившись на кровати, отчего картинка на мониторе замелькала и снова вернулась на место, показывая мне его зажившее уже лицо, которое спросило: – Ты приедешь?

– За наградой? – уточнила я.

– Извини, дорогая, с этим придется подождать до моего выздоровления.

Ну это ему так кажется! Лично у меня имелся иной план.

Доктором Битова был такой тертый, умный хирург, мужчина лет за пятьдесят, носивший интересное имя-отчество Лев Валерианович, преувеличенно восхищавшийся мной, но уважавший меня однозначно. Встретил он меня радушно и принялся подробно отвечать на мой вопрос про здоровье господина Битова:

– В целом он быстро идет на поправку, ну это вы уже знаете, Василиса Антоновна. То есть динамика очень и очень положительная. Но Владиславу Константиновичу предстоит лежать в гипсе еще не меньше четырех недель, а затем реабилитационный период, физиотерапия, специальная лечебная физкультура, чтобы полностью восстановить двигательные и мышечные функции ног. С рукой и ключицей полегче, трещина – это все-таки не перелом, ушиб проходит, так что на следующей неделе сделаем рентген и, по его результатам, гипс плечевой, наверное, снимем, пора разрабатывать руку. Голубушка моя, но вам ведь это все известно, о чем конкретно вы хотели спросить?

– Может, ему двигаться больше? – начала я издалека. – Вы же знаете, Лев Валерианович, как он мучается от неподвижности.

– Двигаться – это очень хорошо, Василиса Антоновна, – поддержал меня доктор и тут же разочаровал: – Но ему пока никак нельзя. Очень непростой перелом, любое смещение – и придется оперировать и начинать все сначала. Конечно, мышечные нагрузки – одно из лучших средств для укрепления костей, но сначала эти кости должны срастись.