Конечно же никто из моих студентов даже предположить не может, что перед ними стоит королева Аннэлия. Эту жизнь я веду под личиной, что уже странным образом ко мне прижилась. Немного странноватая с виду Катя Пушкарёва в этом мире теперь ассоциируется с новой наукой про человеческое поведение и его мотивы — психологией и пользуется бешеной популярностью, особенно среди целителей и следователей."

"Но, конечно же, это случилось не сразу. После того, как отчаявшаяся и немного поехавшая крышей Яниса пришла лично меня убивать и была наконец-то поймана, некоторое время мне ещё шагу не давали ступить из покоев без целого отряда гвардейцев в охране. Возмущаться не было смысла. Я решила переждать, пока паранойя Яра пойдёт на убыль и усиленно взялась за собственное образование. Магией со мной поначалу занимался Тай, и эти уроки быстро стали для нас любимым времяпровождением. Мой любимый мальчик, как я и предполагала, очень быстро смог разобраться, что объясняя кому-то что-то, сам в разы лучше начинаешь понимать и с огромным энтузиазмом принялся посвящать меня в магические азы, а я делала всё возможное, чтобы ему это приносило удовольствие, став самым заинтересованным учеником на свете. Помимо магии мне организовали и кучу других занятий. Что-то мне нравилось, что-то просто надо было знать, независимо от предпочтений.

А потом расследование против семьи Шаньерг завершилось. Гиерно поднял всю документацию и счета герцога и, помимо доказательств причастности того к махинациям графа Коглэй в Северной провинции, нашёл ещё много чего интересного, в том числе и документы на покупку баснословно дорогих драгоценных гарнитуров для дочери. Этими украшениями девушка потом и рассчиталась с мастером зелий, его племянником-магом и наемниками, которых он для неё нашёл. Обнаружились и кое-какие неожиданные моменты. Например то, что бывший советник имел весьма тесные связи с Аргандой и Босварией. Магистр, как показало длительное и тщательное расследование, ни в содействии с отцом, ни тем более с сестрой виноват не был. Кстати, о моей, так называемой “родине” — мы так и не разобрались толком, что именно за цели преследовал король Гельмут, стравливая родную дочь с её мужем. Я порывалась попытаться это как-то узнать, но Яр мне строжайше запретил выходить на связь с “папочкой”, аргументируя это моей безопасностью. Пришлось обещать, что я в это лезть не буду. Хоть мне и интересно, а ещё не покидает ощущение, что эта проблема ещё точно всплывёт. Напрягало отсутствие реакции Гельмута на изменения в поведении дочери и повторный обряд в Храме, о котором ему точно доложили. Подозрительно это как-то. Но поживём — увидим.

А сейчас, я отвечая на вопросы моих студентов, внезапно замечаю Яра у входа в аудиторию.