Приступая к обработке какого-либо придворного, заключая пари, а потом выигрывая или при нужде проигрывая их, собирая информацию от сплетников, генерал Вильгельм де Кунц каждый раз абсолютно точно знал конечную цель этих телодвижений. Он по-прежнему жил в доме герцога де Сюзора. И самой большой наградой для него были дни, когда, возвращаясь с королевского совета, старый герцог вновь говорил:

— Мы с вами молодцы, Вильгельм. Сегодня его королевское величество подписал разрешение о повышении торговых льгот синтайским купцам, везущим нужные нам товары.

Торговые пути будут шириться и укрепляться, а поднять пошлину мы сможем через несколько лет. Запомните: удачная торговля и политика — удел терпеливых.

Четко понимая, чем и как он занимается, Вильгельм испытывал внутреннее удовлетворение своей жизнью. Не всегда поручения герцога были приятны, но генерал всегда находил способ выполнить их максимально эффективно. Однако дворцовые дела все же не занимали его время полностью. Оставались дни, когда он не имел конкретной цели, но вынужден был проводить их в компании королевских прихлебателей.

Это было скучновато, иногда раздражающе, но почти терпимо.

Однако деятельная натура барона требовала движения. Хотя он прекрасно знал, что именно Её величество является главным союзником де Сюзора, однако сама королева всегда оставалась в тени. В последнее время двор сплетничал о ней все чаще и чаще. И волей-неволей у Вильгельма де Кунца начало собираться досье, которое он никогда не переносил на бумагу: досье на королеву.

Это было такое маленькое тайное хобби, которое неделю за неделей захватывало его все больше и больше.

Сам Вильгельм вовсе не был ангелом и, подражая королю, как, впрочем, и все остальные придворные, завел себе любовницу, с которой и спал периодически. Для здоровья и чтобы не выделяться.

Среди светских дам царила графиня Лисапета Оренская, официальная фаворитка короля. Генерал с удивлением наблюдал, как эта не слишком умная дама, руководимая иногда пожеланиями герцога де Богерта, а иногда и просто собственной глупостью, тянула из государственной казны ресурсы на собственные украшения и увеселения, совершенно не считаясь с состоянием этой самой казны.

Однако сплетни — оружие обоюдоострое. И хотя в основном придворные несколько презрительно отзывались о слабой королеве, некоторые из них, кого Господь не обделил умом, начинали выказывать ей все больше и больше почтения. Как говорится: «тайное всегда становится явным». Так и участившиеся победы герцога де Сюзора на королевском совете наиболее сообразительные связали с влиянием королевы.

Текли недели и месяцы.