Увы, я не могла себе позволить заменить фрейлин в своей свите. Многие из них за эти летние месяцы поменяли свое поведение. Их услужливость и понимание, что со мной нужно считаться, стали значительно больше. Но, безусловно, кто-то из них регулярно «стучал» королеве. Возможно, все они. Я старалась не обижать их, но помнила, что они враги.

Ложиться в постель с мужем и еще раз рисковать здоровьем я вовсе не собиралась. К сожалению, король все больше склонялся к тому, что мнение акушерки не так уж важно. Дважды меня подвергали допросам на местном «консилиуме».

Лекари: мэтр Борен, мэтр Агностио и третий, самый словоохотливый из них — мэтр Мунир, весьма строго опрашивали меня, задавая бесчисленное количество дурацких вопросов.

На последнем таком сборище появилось еще два местных врача, которые присутствовали больше для солидности. Меня расспрашивали о том, что я ем и пью, как я себя чувствую по утрам, есть ли у меня головокружения, по каким дням проходит мой лунный цикл и насколько он стабилен. И еще о тысяче других, совершенно не имеющих отношения к здоровью вещей.

Например, спрашивали, испытываю ли я желание гладить кошек, нет ли у меня особого пристрастия к рыбной пище и всякую прочую хрень.

Их вердикт, к моему счастью, был весьма осторожен. Мне рекомендовали дать больше времени для отдыха перед следующей беременностью.

Я прекрасно понимала, что мое возвращение в постель к мужу — только вопрос времени. Это сильно пугало. Конечно, я чувствовала себя достаточно здоровой, но тело было в неидеальной еще форме. Да и после родов прошло всего полгода.

Даже если мне удастся доносить ребенка, не факт, что я выживу.

А свекровь между тем становилась все более бесцеремонной. Упреки в мою сторону приобретали все более изощренную форму. Последний наш разговор закончился серьезным скандалом.

— Королева, которая не рожает своему мужу сыновей, ничтожество! — она стояла передо мной как олицетворение бессмысленной ненависти и даже не прятала победную улыбку. Его величество, нахмурившись, слушал слова матери, не вмешиваясь и не обрывая ее.

Придворные затихли за его спиной, любуясь моей беспомощностью.

— Ваше королевское высочество, а позвольте мне полюбопытствовать, почему же вы не родили своему мужу этих самых сыновей и наследников? Что мешало вам, ваше высочество, рожать, рожать и рожать? Сейчас я так жалею, что у моего мужа нет нескольких братьев, которые могли бы помогать ему в государственных делах.

— Да как ты смеешь…! — Ателанита была в бешенстве и даже дернулась, сделав шаг мне навстречу.