Адриан проводил меня к нашим соседям, графине Лоумис и барону Рупп. Барон сегодня выглядел особенно нарядно, хотя его богатый камзол, на мой взгляд, был тесноват в районе живота. Подкрутив усы, он довольно осматривал Филиппу, которая не сильно изменилась за последние четыре года.

Девушка была все такой же миниатюрной и худенькой, за прошедшие годы она не округлилась, но совершенно точно научилась лучше одеваться. И главное, она все также прямо выражала свое мнение, являясь редким исключением из правил.

— Эллия… — Филиппа глубоко и драматично вздохнула — ты не могла родиться подальше от наших земель? Мне так надоело, что все внимание постоянно приковано к тебе.

Ее заявление вызвало у меня смешок. На самом деле многие женщины во дворце были недовольны моим постоянным присутствием. Они сформировали некую иерархию, которой придерживались, но мое появление полностью уничтожило сложившийся порядок. Я не желала присоединяться к их женским интригам, не желала выбирать ту или иную сторону, но мне не удавалось полностью оставаться в стороне, в основном потому что я считалась самой завидной невестой в королевстве Валлед.

Я вспомнила первые дни после возвращения источника — репортёры, казалось, сошли с ума, меня буквально обсуждали как некий трофей, единственная функция которого — срочно родить детей для того или иного рода.

1.2

После ритуала я очнулась только на следующий день, в совершенно новой реальности. Репортёры, равно как и многие гости, не спешили уезжать, а рядом со мной сияла радостью мама. Убедившись в моём благополучии, матушка сообщила, что титул уже оформлен на меня, и что в кабинете меня ждут сотни писем с приглашениями от наших соседей и не только.

Отношение к нашей семье среди знати полностью изменилось. Точнее, знатные семьи теперь хотели чего-то от нас — связей с другими семьями, которые искали нашего общества, или же меня в качестве потенциальной невестки.

В поместье также доставили огромное количество цветов, заморских фруктов и сладостей. Были и те, кто шли дальше — посылали более дорогие подарки, резные шкатулки, даже маленькие украшения, хотя это было очень серьезным нарушением правил — украшения дарились только возлюбленным.

Не знаю, на что рассчитывали все эти люди, по некой причине в королевстве распространился слух, что я могу сама выбирать себе мужа, разумеется, среди подходящих хранителей. Я подозревала, что этот слух был пущен короной, чтобы не принимать решение, которое возвысит один род над другими. Я бы поступила именно так."

"Маме было поручено разобрать письма и организовать их в разные категории. Меня и матушку приглашали на приемы в трёх разных герцогствах, нам также писали маркизы, графы и виконты.