– Говори, – настойчиво произношу я. – Мне нужна любая информация.

– Я могу сказать об этом только наедине, – виновато произносит она.

Что же это, чего нельзя произнести при всех?

– Хорошо, идем в мой кабинет, – киваю я. – А остальным приказываю оставаться на местах и хорошо подумать над тем, все ли вы рассказали мне.

Закрываю дверь кабинета за Тришей и нетерпеливо смотрю на нее. Та мнется с ноги на ногу, теребит скань своего фартука и смотрит в пол.

– Ну, говори уже, – настаиваю я.

– Леди Миарель передала вам записку, – нехотя отвечает она. – Леди Этрис увидела это и заставила меня отдать записку ей.

– Что было в записке? – хрипло спрашиваю я.

– Не знаю, – мотает она в отчаянии головой. – Но леди Этрис сказала, что если я расскажу вам об этом, то она вышвырнет меня из дома. Я могу ошибаться, но, возможно, она отправилась к леди Миарель.

– Демоны! – выдыхаю я, находя предположение служанки вполне логичным, но от этого ничуть не легче.

– Пожалуйста, защитите меня. Не позволяйте выставить меня из дома, – слезно просит Триша."

"– Можешь не волноваться об этом. А теперь иди.

Зачем только Лина решила вмешаться? Наверное, так до конца и не поверила, что отныне я буду ей верен. А записка Миарель лишь подогрела ее сомнения.

Идиот! Как я мог не подумать о том, что Миарель не смирится с нашим расставанием и попытается выйти со мной на связь? И совсем забыл отдать Трише приказ больше ни под каким предлогом не брать эти проклятые записки.

Но чего уж об этом думать, все уже произошло. Нужно теперь думать, как убедить Лину в том, что у меня не было никакого желания восстанавливать связь с Миарель.

Однако даже этот момент не оправдывает столь долгое отсутствие Лины. Может, с ней что-то случилось по пути?

И я решаю отправиться к Миарель, надеясь лишь, что с Линой все в порядке, и она все еще там.

– Р-рейгар? – Миарель открывает дверь и смотрит на меня перепуганным взглядом.

Ничего внутри не ёкает при виде этой женщины. Пусто.

– Где Лина? – холодно спрашиваю я.

– Не знаю, – мотает она головой. – Что ей здесь делать?

Но ее трусливый взгляд судорожно бегает по моему лицу и безоговорочно выдает ее ложь.

– Ты что-то сделала с ней? – цежу сквозь зубы и хватаю мерзавку за горло. – Признавайся, где она?

– Я не знаю, – давится кашлем и слезами. – Не знаю, клянусь!

Отпускаю ее, но все еще не верю.

– Она была здесь? – напираю я.

– Была. Сказала оставить тебя в покое, – часто кивает она.

– Что было в твоей записке?

– Я просила тебя прийти ко мне, чтобы поговорить. Больше ничего, клянусь! – хрипит Миарель, все еще прокашливаясь, и пятится назад.

– Что было после вашего разговора?

– Она просто ушла.

– А, может, ей кто-то помог уйти? – скалюсь в ответ.

– Откуда мне знать, – нервно дергает она плечами.