Мои парни умеют работать.

И тут я хмыкнул.

— Грубо. Наивно. Самого ценного нужно отпустить.

— Что? — он резко обернулся на меня.

— Завербовать и отпустить.

Он прищурился.

— В «Тихом Доме» его проверят. Они точно знают, как это делается! А значит всю его вербовку вытащат на поверхность.

Но тут я улыбнулся. Широко.

Что ввело Болтуна в замешательство. Это я понял по бегающим глазам, которыми он посматривал куда-то в угол. Туда, где стоял один из его людей.

— Нет, не вытащат, — спокойно ответил я. — Потому что сам завербованный это забудет. Но при этом, будет плотно подвешен на крючок моей воли.

— Невозможно взять человека под контроль так, чтобы он выглядел нормальным!

— Менталисту — невозможно. Мне — возможно.

— Подробнее!

Но тут я покачал головой.

И вот настал самый опасный момент.

Самый опасный, но при этом и самый богатый на перспективу.

Я знал, как завербовать врага так, чтобы он и сам ничего не понял.

Это очень просто. Сначала заключаешь с ним контракт. На этот случай у меня был Урюк. А затем стираешь ему память последних нескольких дней ядом мантикоры.

В «Тихом Доме» он пройдёт все проверки. Конечно, исчезновение памяти будет подозрительным. И за это моего «завербованного» могут убить.

Но какая разница, если мы ничем не рискуем?

А вот в случае успеха, «завербованный» сделает внутри «Тихого Дома» всё, что я заложу ему в голову на момент заключения контракта. Хоть убийство их Лидера.

Или умрёт, если будет сопротивляться приказу. Правда, почти всегда выбирают контракт."

"А взамен на этого «троянского коня», как любят говорить в этом мире, и за прочие мои услуги, я потребую у Болтуна всё что мне нужно.

Хоть титул.

Хоть артефакты и ресурсы.

Хоть… место при дворе? Нет, пожалуй, в этом нет смысла.

Пока что.

Сейчас, когда времени на споры со мной нет, Болтун быстро примет решение.

Либо согласится со мной.

Либо попробует заставить меня. Что закончится либо моим пленом, либо превращением во врага государства.

— Ты хотел, чтобы я стал твоими глазами и ушами в «Тихом Доме», — сказал я.

— Не тяни, — раздражение уже начало просачиваться через маску его невозмутимости. — Говори свой план!

— Сначала я назову свою цену, — невозмутимо произнёс я.

Его глаза расширились.

— Цену? — он сжал челюсти. — Ты готов рисковать стабильностью Империи из-за своих амбиций⁈

— Не амбиций. А того, чего я заслуживаю, — твёрдо заявил я. — Графский титул. Неприкосновенность от всех махинаций клана Озёрских. Освобождение от налогов на три года. И контракт с крупнейшей военной корпорацией Империи, на поставку вооружений.

Он замер. Смотрел на меня, не мигая. Будто не дыша. Вообще не показывая эмоций. Как кукла.

Но по глазам я видел… он был согласен. Потому что там, едва заметно, виднелось облегчение.