Он не пропустил мою ману внутрь тела и мертвец нанёс ответный удар своим мечом. Но я легко отклонился.

Катана — так он назывался. Японский клинок.

И воин, чей тёмный силуэт выделялся даже посреди бури, явно был оттуда же. В японском же пластинчатом доспехе.

Катана вспыхнула магическими иероглифами, которые просвечивали сквозь бурю.

Самурай-нежить бросился в атаку.

УДАР!

И его рука, держащая меч, отлетела в сторону.

Удар второй.

Я смял пластинчатый доспех и сорвал нагрудник. От магии защищал хорошо. А вот от физической силы — плохо.

Бирюзовый туман проник внутрь мертвеца.

«Северный Ход» разметал некротическое ядро.

Мёртвый воин рухнул на землю.

А я метнулся к тому, чью жизнь эта нежить собиралась оборвать.

Невысокий. Его лицо прикрывали намотанные тряпки. Он щурился, из-за чего практически ничего не видел. На всякий случай выставил на меня руку, в которой уже раскручивался для выстрела мелкий серебристый кристалл.

— Не бойся! Я друг! — перекричал я ветер и присел рядом, прикрывая его своей ветряной сферой.

Он напряжённо всмотрелся в меня.

— Позывной, — прохрипел он.

— Самородок, — ответил я.

И он ощутимо расслабился, откинувшись на землю. Вздохнул полной грудью.

— Я — Троян. Мы нашли Артура. Он в ущелье, в двух километрах отсюда к северо-западу. Он там с остатками «Агата».

— «Агат» — это наёмники?

— Да, — выдохнул он, нащупывая фляжку у себя на поясе, после чего принялся жадно из неё пить. — Мы выдвинулись к ним. Чтобы найти позицию поудобнее для наблюдения и безопаснее.

Со стороны я заметил ещё две сферы: Аня и Пёс бежали ровно на нас.

Троян продолжал:

— Но в пути нас обнаружили. Эти некротические сукины дети! — он со злости ударил кулаком о землю, потом с трудом сел.

— Ты в порядке?

— Нет, — Троян покачал головой. — Японцы накрыли нас какой-то дрянью. Троих сразу убило. Ещё двое умерли через минуту. А через пятнадцать нас осталось двое. Ещё через две — только я. Но, чувствую, мне тоже скоро конец, — он взглянул на свою руку. Она была тёмно-серой. — Я пальцев уже не чувствую.

— Не двигайся, — я сжал его кисть и сосредоточился.

Да в него напичкали некротики столько, что хватило бы и быка завалить! Но она была не очень подвижна. Почему так?

Но через секунду я понял.

Стихия кристалла.

Все излишки манны консервировались и изолировались от энергосистемы. А потом уходили в качестве воплощения кристаллической стихии в техниках.

Везунчик.

Вот только некротика уже успела основательно пройтись по телу. Её часть всё ещё была в энергосистеме.

Надо было лечить. Немедленно.

Но сначала — вывести всю эту дрянь из парня!

Когда он стянул тряпки с лица, я увидел, что он совсем молод. Едва ли больше двадцати. Ему жить и жить.

— Руслан! — Аня подбежала вместе с Псом. Взглянула на меня, потом на Трояна.