«Скачок»!

«Скачок»!

Я оказался у самого врага. Сбоку. И тремя молниеносными ударами снёс его энергетический щит. Крепче, чем у других. Но уязвимости — те же.

Но в следующий миг «Скачком» ушёл в сторону. Потому что одна из кровавых сфер чуть не угодила в меня.

Тут же застрекотали автоматы уваровцев. Они попытались попасть в меня. Но только заставили собственных соратников запаниковать и стрелять в ответ.

Под щитами им было вполне безопасно. А вот оставшийся без своего щита маг крови поймал в горло отрикошетченную пулю и рухнул на пол, схватившись за шею руками. Алая лужа растекалась на полу перед ним.

Я вообще ушёл в сторону и спрятался в невидимости. Пока что уваровцы сами делали всю работу.

Но хаос продлился недолго. Гвардейцы быстро пришли в себя и бросились оказывать магу крови первую помощь, пока он окончательно не откинул концы.

Вот тут-то я их и перебил. Точнее — оглушил. И на эту позицию забежали агатовцы.

Маг крови к той секунде уже скончался. Слишком быстро, для такого ублюдка.

Но и Пустота с ним!

Я устремился дальше по коридору. Надо было найти Людмилу.

По обе стороны от нас проходили палаты подопытных. Их были десятки. И в каждой — по четыре человека… у которых вместо имён — цифры.

Кулаки сжались сами собой.

Первым же желанием было сорвать эти двери и выпустить всех, кого тут держали. Но я отмёл эту мысль. Едва ли все здесь были невинными. Зачастую для «тёмных» экспериментов набирают и заключённых, совершивших самые страшные преступления.

Поэтому я не собирался открывать «ящик Пандоры». Как принято говорить в этом мире.

Но вот в конце коридора показался знакомец — маг-воздушник.

Он стоял в тупике. Исподлобья смотрел, как я приближаюсь.

— Я сдаюсь, — сказал он. Бросил себе под ноги пистолет из своей кобуры и встал на колени, заведя руки за голову. Он затараторил: — Я — Юрий Падерин, третий сын барона Александра Падерина. Даю слово, что не буду оказывать в дальнейшем никакого сопротивления. В случае передаче меня роду Падериных, мой отец — глава рода Падериных — заплатит за меня достойное вознаграждение. Надеюсь на Ваше милосердие.

Но мне было плевать.

Я подошёл к нему вплотную. Схватил за горло и поднял, прижимая к стене.

Он побледнел. Но хранил видимость спокойствия.

Прямо в лицо я задал ему вопрос:

— Здесь должна быть целительница. Со стихией жизни. Вы ставили над ней опыты. Поместили аномалию. Но отправили в комнату. Где она⁈

— Господин, я отвечаю только за охран…

Я ударил его в живот. Несильно. Но дыхание у него вышибло.

Падерин согнулся. Его глаза чуть не выскочили из орбит.

— Думай лучше, — стальным голосом заявил я. — Потому что времени у меня нет. У тебя тоже.