Но теперь это в прошлом, благодаря наследнику империи, что действует во благо Родины и нас с вами!

Это он обо мне, что ли? Сейчас расплачусь. Я такой чувствительный.

— Но мало этого. Несколько дней назад мой сын, справедливо названный вами Десницей Империи, взял высший ранг одаренного, став сильнейшим в мире магом! Теперь мы стали еще сильней, и пусть дрожат от страха наши враги!

По совокупности деяний я, Император Российский, награждаю его внеочередным воинским званием капитан и орденом Стрибога Первой степени с подвеской. Слава герою!!!

— СЛАВА!!! — потонул зал в воплях, и вновь загремел гимн, под звуки которого мне торжественно прицепили орден на грудь и вручили капитанские погоны. Потом последовали обнимашки и целовашки с семьей. Мама даже всплакнула от счастья и долго не хотела меня отпускать.

Ну а потом я, сияя как золотой рубль, пошел в народ, на минуту заскочив в неприметную комнату, чтобы сменить погоны.

А вот когда вышел, знатно приохренел, когда на меня накинулась куча незнакомых людей плюс-минус моего возраста. Раскачанная до предела память подсказала мне, что это мои родственники по разным линиям.

Признаюсь, я даже немного растерялся, но ситуацию спасла Вика, которая сразу взяла надо мной шефство. Почему не Катя? Так ее сразу куда-то уволокли подруги. Видимо, будут пытать на предмет, как бы со мной поближе познакомиться. Земля им пухом, если что, потому как мелкая — жуткая собственница, и тем, что считает своим, ни за что не поделится, что меня, впрочем, устраивало.

Подхватив меня под руку, Вика с обольстительной улыбкой змеи отбивалась от всех. Мне же оставалось лишь кивать и корчить из себя жутко важного и недалекого прынца.

— Ну как? — облегченно выдохнув, спросила она, когда мы вырвались из этой толпы.

— Я тебе должен, сестренка. Проси чего хочешь.

— Прямо таки чего хочу? — смерила она меня оценивающим взглядом.

— А что, реально этого хочешь? — таким же взглядом оценил я ее фигурку.

— Ох, нет, хотя мысль заманчивая, конечно. Но я запомню твои слова.

— Викусь, ты самая адекватная из нашей родни, и я к тебе питаю чувство глубокой платонической любви. Люблю тебя, в общем. Поэтому, если надо чего — врезать там кому или авторитетом надавить, смело обращайся. Одна ты у меня такая честная и бескорыстная, — чуть не пустил я слезу.

— Насчет честной в точку, а насчет бескорыстной сразу мимо. Как я уже говорила, иметь брата в принцах и не юзать его — плохой тон. А что же до желания — на этот вечер ты мой кавалер.

— Вот вообще не вопрос. Считай, я в полном твоем распоряжении. Но дай мне пять минут, чтобы поздороваться со своими, и после я весь твой.

— Договорились. Я пока тоже кое с кем пообщаюсь, — состроила она злобную гримасу и быстро затерялась в толпе.