– Детка, собирайся, завтра мы летим домой, – небрежно произнес он, глядя на нее, и Коваль завизжала от восторга, повиснув на его шее и болтая ногами, как всегда любила делать раньше.

– Егор, Егор, родной, спасибо тебе! – Она покрывала поцелуями его лицо, он смеялся, обнимая ее, – идиллия, словом…

– Звони своим, пусть встречают – мы летим через Москву, там заберем отца и Дмитрия с женой.

– О боже, ты с ума сошел, Егор! – Коваль не поверила своим ушам – он решил устроить настоящий день рождения, пригласив родных.

– Детка, ты моя жена, моя любимая девочка. Мы так редко отмечали твои дни рождения с размахом. – Егор поцеловал ее так нежно, словно это был первый в жизни поцелуй…

– О, я помню, как ты собирался отметить мои двадцать девять…

Напоминание об этом заставило Егора помрачнеть. Незадолго до этого Марину похитили и изнасиловали Ванины отморозки – Воркута отомстил за строптивый характер и нежелание связываться с наркотиками.

– Детка, не надо про это. Ты вспомни, как потом мы с тобой вдвоем поехали в гостиницу на берегу и все же отпраздновали…

Да, почти через два месяца – два месяца, полных кошмара и страданий, два месяца, в течение которых Егор не смел коснуться ее, потому что каждый его жест, каждое движение будили воспоминания о том, что произошло с ней, о чужих руках, лапавших ее тело, о совершенно посторонних мужиках, гасивших ее по одному и хором, о Воркуте, наслаждавшемся зрелищем долгих двенадцать часов…

– Не надо, детка, не вспоминай об этом, просто выброси из головы, – попросил Егор, понимая, о чем она сейчас думает. – Ты моя, что бы ни случилось, я всегда любил тебя и буду любить.

Коваль слушала его и понимала, что эти слова не просто так сказаны, что это идет от сердца, что Егор действительно так думает и чувствует. Она обняла его за шею, прижалась всем телом и затихла, затаила дыхание, спрятав лицо на его груди. Он гладил ее по волосам, чуть раскачиваясь из стороны в сторону, так прошло какое-то время, а они все молчали и сидели, обнявшись, на постели в темной спальне, забыв обо всем на свете.

– Девочка, давай звони домой, я не хочу, чтобы что-то пошло не так, – тихо сказал Егор, целуя ее в макушку. – Я выйду, не буду мешать, а ты позвони и предупреди Хохла…"

"Марина поняла, как тяжело ему далась эта фраза – ""позвони Хохлу"", сколько нервных клеток он потратил, какие неприятные чувства при этом испытывал, и была благодарна ему. Взяв телефонную трубку, она набрала номер и через несколько секунд услышала голос Женьки:

– Да!

– Женька, привет…

– Киска! – обрадовался он. – Любимая, как твои дела?

– Жень, я прилечу послезавтра, – не разводя мармеладных разговоров о здоровье и жизни, сообщила Коваль.