Жанна понимала, насколько опасными и циничными были действия банды Факира, с которыми она сталкивалась еще во время своих командировок в Восточную Украину.

Она видела, как переживали турецкие офицеры, обратила внимание, как болезненно воспринял это поражение генерал Татаренко. Только Дронго внешне сохранял спокойствие, словно знал какой-то секрет, который мог бы помочь им в такой непростой ситуации. Жанна подошла к нему. Убрав свое платье в чемодан, сегодня она была в обычных джинсах и темной водолазке.

— Я думала, что вам будет сложнее всего, — призналась она, — это ведь вы так блестяще придумали, как можно вычислить возможного убийцу по размерам его обуви. И вдруг такое фиаско! Но все переживают, даже генерал Татаренко, а вы сохраняете поразительное спокойствие.

— Дело в том, что я не очень хорошо играю в шахматы, — сообщил Дронго, — и часто проигрываю моему напарнику и другу Эдгару Вейдеманису, который играет гораздо лучше меня. Но я точно знаю, что, даже когда у меня довольно слабая позиция, нужно играть до конца, чтобы любыми способами уравнять позиции и попытаться вырвать хотя бы ничью. Не всегда получается, но иногда удается. В игре с гроссмейстерами, наверное, такой трюк покажется наивным, там все просчитывается, как в компьютерах. А вот в игре с обычным шахматистом вашего уровня стоит рискнуть. Ведь вы ничего не теряете. А поражение будет наверняка, если вы опустите руки и сдадитесь.

Он тяжело вздохнул, помотал головой, пытаясь отогнать от себя все время подступающий сон. Он не спал уже более двух суток.

— Я поняла. Вы принципиально не сдаетесь тогда, когда еще можно драться, — сказала Жанна."

"— Верно. Поэтому я так спокоен. Я пытаюсь размышлять, и мне нужны будут некоторые факты, которые можно узнать у нашей гостьи. Но, судя по всему, Джемал Азиз намерен лично допрашивать эту женщину, не доверяя даже следователям. Мне остается утешать себя мыслью, что рано или поздно мне разрешат с ней переговорить.

— А насчет побега Факира что вы думаете?

— Сильный ход. Очень продуманный, целесообразный и умный. Самое интересное, что он все верно просчитал. Да и организация убийства Родичева была на высоте. Факир все сделал безупречно. Разве немного поторопился и этим выдал свое нетерпение, выдал себя.

— Что вы хотите сказать? — не поняла Жанна.

— Я вам потом все объясню, — пообещал Дронго, — давайте немного подождем.

В соседней комнате начальник полиции лично допрашивал задержанную с помощью переводчика. Никого из посторонних туда не допускали. Татаренко подошел к Дронго.

— Я много слышал об этом Факире. Но два таких изощренных убийства… — покачал головой генерал. — Он настоящий монстр.

— Первого убийства Факир не совершал, — возразил Дронго.