Дома, с мужем или любимым человеком.

Вмешиваться напрямую не стал, потому как туда, где есть ребенок, с несерьезными намерениями лучше не соваться. И я отступил.

Бог с ней.

Пусть наша встреча оставит в ее памяти приятный добрый след и веру в то, что чудеса иногда случаются.

Меня же ждали мои дела. Нужно было заехать в ритуальную компанию, оценить качество заказанного памятника и договориться о его установке.

Каждый год, терзаемый виной и памятью о матери, я пытался приехать в родной город, каждый раз давал себе обещание, что брошу все, вырвусь из этого адского круговорота дел и навещу, наконец, ее могилу. Но дни шли, сделки, контракты, проблемы затягивали, а я снова понимал, что так никуда и не попаду, откладывая встречу на еще один год.

И так каждый раз.

Год за годом.

Понимал, что веду себя как последний трус, придумывая оправдания и просто оттягивая важный момент.

Я уехал в столицу сразу после школы. Денег хватило, чтобы поступить в желаемый институт, сняли с товарищем комнату на окраине, устроился в ночную смену в один из клубов барменом, и вроде бы все мало-мальски начало налаживаться. До тех пор, пока однажды не встретил своего отца, бросившего нас, как рассказывала мама, в тяжелые девяностые и укатившего в поисках богатой жизни в большой город.

Этот момент и стал переломным в моей жизни.

Я остановился у мастерской, припарковал машину, набрал записанный отдельно номер телефона и договорился о встрече. Ждать оставалось полчаса, и, чтобы скоротать время, я решил зайти в ближайшую забегаловку, выпить чашку кофе.

— Руслан? Забарский? Твою за ногу, Русик, вот так встреча! — раздалось совсем рядом, и я удивленно обернулся.

Я слишком давно уехал из города, чтобы надеяться на то, что меня кто-то узнает и вспомнит. Но, видимо, ошибался.

Рядом с входом в кафе стоял мужчина чуть выше среднего роста, плотный, я бы даже сказал упитанный — небольшой живот уже проглядывал под рубашкой.

Светлые волосы, белесые брови, нос картошкой и тонкие губы на круглом лице с рыжей щетиной.

Я силился вспомнить, кто это мог быть, но интуиция упрямо молчала. Да и память стерла многие воспоминания из прошлого, записав поверх слишком много новых лиц из моей нынешней жизни.

— Черт, это же ты, точно! Изменился. Я тебя только по родинке на щеке вычислил. А так бы точно мимо прошел, — продолжил он.

— Тебя тоже не узнать, — задумчиво пробормотал в ответ, силясь применить его образ хоть к какой-либо из всплывающих в памяти фигур.

— Тебя каким ветром к нам занесло? Надолго? Ты же вроде в столице обосновался плотно, я слышал. Зайдем, побеседуем о жизни? — кивнул в сторону забегаловки. — А то правда, столько лет не виделись. Пропустим по рюмочке чая?

— Пойдем, — пожал плечами.

Тем более сам туда направлялся.