Бесшумно выбравшись из-под одеяла, Нортман поднял с пола черный халат. Вещь оказалась неожиданно удобной. И гораздо приличнее выйти в ней, чем в ночной рубашке. Не пугать же служанок.

Как и ожидалось, в соседних покоях не было никого. Зато в коридоре возились две девицы, протирая пыль. Хотя лучше бы они обратили внимание на более грязные закоулки замка. Заметив графа, обе служанки тут же склонились в поклонах.

— Ваше сиятельство?

Нортман сделал жест рукой, позволяя выпрямиться.

— Теона, пусть кто-нибудь разведет в спальных камины. Без шума. И принеси в наши с графиней покои что-нибудь из еды.

— девица, кивнув, бросилась исполнять приказ. Вторая дернулась было за ней, но была остановлена коротким жестом. — А ты, Агнета, принеси мне записи графини. Из ее мастерской.

Девица хлопнула ресницами, явно не зная, как реагировать.

— А ее сиятельство разрешила? — все же спросила она, переступив с ноги на ногу.

С одной стороны — мастерская, вроде как, была секретом. С другой же, граф мог узнать о ней только от госпожи.

Нортман скрестил руки на груди и чуть изогнул бровь.

— Ее сиятельство ничего не имеют против.

* * *Когда Алесия проснулась, Нортман уже успел просмотреть все записи, а некоторые даже на несколько раз. И теперь с задумчивым видом изучал изображение странного устройства с загадочным названием — «самовар».

Пояснений к нему почти не было. Лишь стрелочки с непонятными подписями: «тулово», «кран», «поддувало», «шишки», «место для сапога».

Но стоило жене шевельнуться, как мужчина тут же отложил лист в сторону и притянул ее к себе.

— Доброе утро. — его губы коснулись теплого уха, спустились к шее, а закончился этот замысловатый маршрут на мягких губах.

И тут Нортман ничего не мог с собой поделать. Нежность, переполнявшая до краев, требовала выхода.

Алесия с готовностью ответила на поцелуй и только после этого открыла глаза. Пробуждение оказалось довольно приятным.

— Утро ли? — улыбнулась она, приподнимаясь на локте.

Хватило одного взгляда в сторону окна, чтобы понять — солнце уже довольно высоко. В глазах Нортмана промелькнули знакомые огоньки.

— Рядом с тобой время летит незаметно. — бархатным голосом произнес он, убирая с ее лица прядь волос и спускаясь кончиками пальцев к ключицам.

От этого нежного прикосновения по коже побежали мурашки. Как там говорил классик: «счастливые часов не наблюдают?». Пожалуй, так оно и есть."

"На некоторое время мысли о часах, времени суток и прочих ненужностях действительно вылетели из головы. Потому что тело так остро реагировало на каждое прикосновение, что ни о чем не хотелось думать. Как и отрываться друг от друга.

Когда же Алесия нашла в себе силы вернуться в реальность, супруг жмурился, как довольный кот.

— Вот теперь утро действительно доброе.