И послышался такой звук, будто кто-то просыпал на пол ящик гвоздей.

Несколько из них скатилось в появившуюся щель. Алесия подняла один. Одну. На ее ладони лежала пружина. Хорошая, чистая, подозрительно знакомая. И вдруг, с небывалой ясностью нахлынуло осознание…

Кажется, она знала — где заканчивался этот ход.

Глава 31

Тайное и явное

М-да уж… Ситуация. Кто знает, как отреагирует супруг на потайную мастерскую? Шевельнулась даже слабая, почти наивная надежда, что граф ничего не заметит. Мало ли в замке кладовых."

"Внутренний голос ехидно хмыкнул. Кладовых, может, и немало.

Но вот обжитых и уютных среди них точно нет.

Алесия крепче сжала пружину, заставляя себя успокоиться. Ничего предосудительного она не сделала. Ну обустроила личный уголок для, скажем так, творчества. Не любовников же она здесь хранит, а всего лишь записи и кое-какие макеты.

У графа, вон, целая библиотека в распоряжении. Поэтому нет причин чувствовать себя виноватой.

Впрочем, Нортман, откинув крышку люка, не стал заглядывать в появившийся проем. Вместо этого он спрыгнул на пол и подал жене руку.

— Сперва ты. — мягко произнес он. — Это совсем несложно.

Ставь ногу на перекладину, держись крепче и поднимайся вверх. Если вдруг оступишься, я тебя поймаю.

Алес коротко кивнула. Не говорить же, что в родном мире она десятки раз забиралась по лестницам. Несмотря на неудобство в виде длинной юбки, подъем прошел легко. А через миг рядом оказался Нортман.

Казалось, мужчина не заметил ни странной обстановки, ни рассыпанных пружин. Захлопнув люк, он потянул Алесию к себе и вновь впился в ее губы жарким поцелуем. Его руки теперь скользили не только по спине. И на несколько секунд Алес позволила себе отпустить все мысли.

Пока не обнаружила, что супруг нависает над ней, опираясь руками на стол.

Однако в последний миг Нортман все же опомнился.

— Кладовая, конечно, более уединенное место, чем бальный зал, — шепнул он, чуть прикусив ее ухо, — Но все же… — взгляд его вдруг упал на стопку бумаг, которая почти касалась пальцев. Несколько пергаментов. Письменный прибор.

Чуть сдвинув брови, мужчина огляделся.

— Это не кладовая, — выдохнула Алесия, решив сразу расставить все точки над и. — Здесь моя… э-эм… мастерская.

— Мастерская? — Нортман чуть склонил голову.

По выражению его лица невозможно было понять, о чем он сейчас думает.

— Да. Тут я записываю все, что приходит мне в голову, занимаюсь… — в памяти промелькнула работа над совой, — … рукоделием. Пытаюсь мастерить… всякое.

Мужчина прищурился. В слабом сумраке глаза его казались совсем черными.

— Позволишь мне взглянуть на записи?

— Да, конечно. — не отводя взгляда от его лица, Алес потянулась к ближайшему листу. Но почти сразу ее рука оказалась накрыта горячей ладонью.

— Не сейчас.