Но у вас есть места уязвимее. Ниже. Вот туда точно дотянусь.

Зря она это сказала. В мозгу тут же всплывает слишком лакомая картинка. Совсем не безобидная. И не невинная, какой выглядит Милана.

Порочная, горячая сцена.

Смотрю вниз, воспроизводя её в голове. Нельзя этого делать. Я совершаю ошибку. Отчего ткань брюк натягивается, а я резко отворачиваюсь, пытаясь скрыть конфуз.

Стена лифта охрененная. Интересная до безумия. Буду смотреть на неё до самого первого этажа.

– Я про попу, если что, – бросает вдогонку, поясняя свою фразу.

Отмахиваюсь. Поздно уже реабилитироваться. Я успеть подумать не о том.

– Вы чего?

Заметив, что я отвернулся, она опускает ладонь на моё плечо.

Зря-зря-зря. Мне и так хреново.

– Вам плохо?

Благо, в лифт заваливается несколько человек, и мы теперь не одни. С ароматом Милки смешиваются ещё несколько запахов. Становится легче.

– Нормально, – прочищаю горло и молюсь, чтобы Радова быстрее убрала руку. Потому что сцены с её участием упорно лезут в голову. Становятся всё красочнее, ярче. Пошлее. – Здесь прохладнее.

– А, хорошо…

Ладонь она убирает, но лучше мне не становится.

С трудом подавляю свою бурную фантазию, начиная думать о всякой херне. Она спасает меня от неловкой ситуации на улице, где стояк никак не скроешь.

Чёрт, нам же ещё и в одной машине с красоткой находиться…

Ладно, я вытерплю. Буду думать о чём-нибудь другом. О Еве, например. Точно! Когда рядом эта крошка, моё дикое влечение к Милане притупляется. Вот и сейчас. Сидя в машине, завожу разговор о конфетке. Немного узнаю о ней, подмечая несколько интересных фактов.

Затем мы забираем её из детского сада.

Ева, обрадовавшись, что я приехал за ней, чуть не перелезает с заднего сиденья на переднее, ко мне на колени. Я не против, но… Для её безопасности по городу лучше так не ездить. К счастью, Милана сдерживает дочку, отвлекая разговорами о садике.

Малышка, оказывается, подружку себе в группе нашла. Но я и не удивлён. Девочка она общительная, весёлая. Душа компании.

Под детский лепет мы доезжаем до нашего двора.

Выхожу из машины, чтобы помочь Еве. Автомобиль у меня высокий, и если она попытается выбраться сама – полетит вниз, расквасив свой маленький носик.

С радостью забравшись ко мне на руки, крошка лезет обниматься. Ставлю её на ножки, и она, перед тем как побежать к подъезду, чмокает меня в щёчку и мило щебечет:

– Патиба.

Сжав куклу, быстро ретируется.

Потираю свою щёку, понимая, что это приятно.

– Если вам вдруг станет плохо, звоните в «скорую», – решительно командует Милка с серьёзным видом. Не скажешь же ей, что я не отравился. И не заболел. Просто… Одна зараза в голову залезла, перебралась в грудь, за рёбра. И вылезать не хочет. – Больше отдыхайте.

– Тебе нужно было училкой становиться, – усмехаюсь. – Они тоже зануды.