Хочется обессиленно сесть прямо на коврик, обхватить себя руками и биться головой о колени.

«Нет-нет, нельзя», – пытаюсь успокоиться.

Вытираю льющиеся слёзы. Перевожу дыхание.

К маме в таком состоянии я не поеду. Не смогу выдержать косых взглядов людей по пути.

Это секундная передышка. Вскоре мне снова станет жалко себя, и я разрыдаюсь с новой силой.

А пока бью себя по щекам.

Соберись, хотя бы на минутку!

У владельца квартиры должны быть запасные ключи. Он просто привезёт мне их, когда я позвоню Динару и попрошу его помочь. А для того, чтобы говорить с Юсуповым, нужно вернуть голосу хоть немного бодрых ноток. Выплакаться к моменту, когда он приедет.

А, и ещё, самое сложное… Найти человека, который даст мне телефон.

Оглядываюсь на пустой лестничной площадке, где находятся всего две квартиры. Моя – и напротив.

Всхлипываю и ощущаю новую волну истерики.

Стоит попытаться связаться с соседями…

С трудом подхожу к двери, в надежде нажимаю на звонок. Тут же обхватываю себя руками и пытаюсь унять крупную дрожь.

Почему всё случилось именно сегодня?..

Сначала Аделина, потом Паша, а теперь это…

Сил просто не хватает.

Барьер, всё это время сковывающий меня, треснул. Не выдержал навалившегося негатива. И доченьки рядом нет, чтобы успокоить.

Боже, моя крошка…"

"Невольно вспоминаю, как она отчаянно тянулась к человеку, которого называла «папой». А он отмахивался от неё, делал вид, что ничего не замечал.

И сегодня я понимаю, почему.

Впиваюсь пальцами в плечи и отчаянно проклинаю Пашу.

Он сделал больно не только мне, но и конфете, которая так нуждалась в отце.

Замок рядом щёлкает, и я вздрагиваю, поднимая взгляд и слыша знакомый голос:

– Зачем ты вообще к ней приходила?

Сердце падает вниз. Окончательно. Разбивается вдребезги то ли от радости, то ли от замешательства.

Человек, в котором я так нуждаюсь, появляется в поле зрения.

Динар… Словно глоток свежего воздуха. И он стоит на пороге соседской квартиры…

Глава 66

– Я перезвоню, – строго говорит Динар, нахмурившись. Отключается, пытаясь машинально убрать телефон в карман брюк. Но вместо них – белоснежное полотенце, повязанное на бёдрах. И я теряюсь, заметив его. Он что… купался? – Милка, что случилось?

Он обеспокоенно делает шаг вперёд, обхватывает большими ладонями мои щёки. Я успела заметить разбитые в кровь костяшки. И сейчас… не знаю, как реагировать.

– Ты почему плачешь? Где Ева?

– У бабушки… – выговариваю с трудом, всё ещё не понимая, почему Юсупов вышел в таком виде из соседней квартиры. – А ты… что здесь делаешь?

Сердце разрывается на куски от той мысли, что…

Нет-нет. Он не может изменять мне. Тем более здесь. Это случайность!

– Живу, – хмурится, вглядываясь в моё лицо и будто разыскивая на нём что-то. – Говорил же, что мой дом недалеко.