Потом так же резко, порывисто подняться, спустить домашние штаны и, вжав пальцами член, направить его в доступное лоно. Кровь отчаянно пульсировала в висках, зубы были сжаты до предела. Михаил едва сдерживался, чтобы не ворваться в Настю жестко и сразу на всю длину, как часто у них было. Останавливали всё те же два фактора.

Она глухо ахнула, потом застонала, а потом вцепилась второй рукой в его бедро.

– Сильнее. Давай…

Он вошёл на всю длину и задвигался осторожно, боясь, что не сдержится и завалит Настю. А с её животом это непозволительно. Он двигался, она стонала.

Он останавливался, чтобы не кончить раньше времени, и в те мгновения думал, что у него лопнут яйца, она толкалась к нему навстречу, что-то неразборчиво шепча."

"Но он отчетливо почувствовал, когда её интимные мышцы начали сокращаться, и ускорился, уже прижимая её бедра к себе и не давая возможности потерять равновесие. А потом и его накрыл оргазм. И в те секунды когда он изливался в её горячее лоно, её отросшие ноготки вонзились в его бедро, оставляя кровавые царапины.

На которые он сначала и не обратил внимания. И желания оговорить Настю у него не возникло.

Он подождал, пока она отдышится и перестанет трепетать в его руках, и лишь потом негромко поинтересовался:

– Итак, секс со мной ошибка?

Едва различимое:

– Нет. А я… я была такой же, как всегда?

Он так же честно ответил:

– Нет.

* * *Дина ответила после повторного звонка.

– Минька, ну что?

– Ты занята?

– Немного да, если честно.

– Чем?

Вздох сестры был более чем демонстративным.

– Я уже большая девочка и перед тобой ответа не держу.

Она сказала дежурную фразу, которая была показательной в их общении.

Зареченский не мог не улыбнуться в ответ.

– Извиняться не буду. Значит, позвонил вовремя.

– Кстати, почему звонишь под утро? В Мск около четырех.

– Без пятнадцати четыре.

– Тем более. Что такого важного стряслось, что ты не спишь? И, по-любому, пьешь.

– Вы сегодня сговорились? Про моё питьё? Начинаю чувствовать себя алкоголиком.

– Хммм… А кто ещё озадачен вопросом твоего здоровья?

– Настя.

– Настя?

У Насти и Дины тоже теплых отношений не сложилось. Дина приняла её в семью, но сразу сказала Мише, что подругами им не быть. Миша тогда не придал значение словам сестры, а стоило бы.

– Да.

– Хммм… Странно.

– Тут вообще много странностей происходит.

– Как она себя чувствует? Память не вернулась?

– Нет, Дина, – Михаил запустил пятерню в волосы и окончательно их встрепал. – Про странности я сказал неслучайно. Мне нужна твоя помощь, сестренка.

Пауза в трубке длилась недолго.

– Я вылетаю ближайшим рейсом.

Глава 15

Завтракали они поздно, уже за одиннадцать часов. Оба не выспавшиеся. Настя ковыряла в овощном рагу, отказавшись от полезной каши.