Блин, ни единого намёка на жировую складку! Напротив, отчетливо прорисовывались кубики, точно Зареченский был не акулой бизнеса, а той самой моделью для спортивных журналов.

Когда её ладонь дотронулась до жестких, курчавых волос, темной дорожкой убегающей под боксеры, мышцы живота дернулись.

– Дальше, Настя.

Он не просил, в отличии от неё – требовал.

Настя и самой хотелось «дальше».

Скинув покрывало, девушка сглотнула, запоздало отметив, что во рту у неё образовалась самая настоящая Сахара. Она не ошиблась – утренний стояк предстал во всей красе, и четко вырисовывался через хлопковую ткань мужских трусов.

И тут природа не обидела Зареченского, про такое мужское достоинство принято говорить «большой и толстый».

Настя снова сглотнула.

Эх, была не была…

Ей же надо определиться со своим отношением к физической стороны их якобы распадающегося брака?

Её ладонь накрыла член Михаила и погладила. Реакция мужа не заставила себя долго ждать – послышался приглушенный стон, вырвавшийся через плотно сомкнутые губы. Настя даже не посмотрела в сторону мужского лица. Вроде бы сам Михаил пока лежит тихо, руки не распускает – её всё устраивало.

"

"Не устраивало другое – внезапная потребность забраться под трусы мужа и погладить его член уже без ткани.

Как там думалось недавно? Была не была? Повторим…

Её ладонь неуклюже потянула за резинку боксеров и сдвинула её вниз, высвобождая член на свободу.

Ну, вот. Она это сделала.

И что почувствовала?

Отторжение? Неприятие? Или… желание?

У Насти в голове всё перемешалось. Её раздирали самые противоречивые чувства. С одной стороны, мужчина, которого она сейчас исследовала, оставался для неё незнакомцем.

Физически привлекательным, с этим тезисом она спорить не стала. С другой стороны, её женское либидо взбунтовалось. Оно требовало… чего?

Настя, тяжело дыша и не отрывая пристального, немного изучающего взгляда от мужского члена, действуя интуитивно, поддавшись женскому любопытству, которое, как известно, сгубило не одну кошку, всё же дотронулась пальчиками до бархатистой головки. Не успела девушка и охнуть, как её руку накрыла широкая мужская ладонь.

Сцена фактически повторилась.

Настя повернула голову и натолкнулась на обжигающе голодный взгляд серых глаз, что смотрели на неё едва ли не с яростью.

Пока она пялилась на его интимную зону, Михаил успел приподняться, и теперь его лицо находилось в опасной близости от её. Она даже видела, как трепещут его длинные черные ресницы.

– Миш…

– Настя! Не сейчас… не позволю дать заднюю.

Он не говорил.

Он натурально утробно рычал.

Настя поспешно выпалила:

– Я не буду… губами.

Мужчина выругался, на что у неё едва с языка не сорвалось замечание по поводу его вчерашней реплики, что она выражается.