Она не имела ничего общего с женщиной, стоявшей напротив меня и просительно улыбавшейся.

– Это не вы, – я протянула паспорт обратно, но она спрятала руки за спину.

– А вы взгляните внимательнее. Брови, родинки. Видите, там характерный шрамик на носу… И у меня тоже.

– Да что ты с ней связываешься, пойдем уже! – вмешалась Нинон.

– Подожди, – я посмотрела на снимок внимательнее. А ведь и правда, брови такие же… И глаза – даже на черно-белой фотографии видно, что они необычные, совсем светлые, словно застиранные. Пожалуй, отличалась лишь форма лица: у девушки на фотографии полноватые круглые щеки, а у «ведьмы» – ввалившиеся, с острыми скулами, такое впечатление, что дальних зубов у нее нет. Ну и возраст. Не может женщина слегка за тридцать выглядеть как собственная бабушка."

"– Если свяжетесь с Серафимой, можете повторить мою судьбу, – усмехнулась она. – Я тоже была бодрая и наивная, похудеть хотела. У меня соседка увлекалась разными эзотерическими штучками. Она мне и рассказала об этом месте. Ее саму туда не приняли, потом уже я поняла, почему. Она берет только тех, у кого есть недвижимость. Я-то одна жила, в двушке, на Бакунинской, почти у Садового кольца… Когда она об этом узнала, такими почестями меня осыпала. Поначалу я жила как в шоколаде. Приезжала на занятия, все мне улыбались, Серафима лично мне помогала. Потом я стала оставаться ночевать. Она из кожи вон лезла, чтобы мне было хорошо, лучше, чем дома. Выделила личного водителя. Открыла кредит в «Крокусе» – я всегда была слаба на тряпье. Разрешила пользоваться своим кабинетом. Купила мне компьютер, чтобы я могла работать, не выходя из храма… Мы занимались каждый день, но поначалу это была просто оздоровительная гимнастика и строгая диета. Я почувствовала себя значительно лучше, сбросила почти десять килограммов. В конце концов я и переселилась. Ну а потом… Сама не понимаю, что это было. Она все-таки не обычный человек, многое умеет… Владеет техникой гипноза. Как посмотрит – словно в пропасть падаешь. В общем, уговорила она меня переписать квартиру на нее.

– Как это? – отшатнулась я. – И вы согласились?

– Там была какая-то хитрая махинация… – развела руками Татьяна. – Вроде бы на меня переписывалась часть особняка. Кажется, храмом совместно владеют самые преданные ученики. По всему выходило, что я совершаю выгодную сделку. Сами видели, какая там роскошь, и можете себе представить, сколько все это стоит… А Серафима только увидела, что я сомневаюсь, как сразу взяла меня в оборот. Сначала две недели напряженных занятий, есть мне не давали, разрешали только воду пить. Она сказала, что я уже готова к полному голоданию. На рассвете поднимали, отпускали только за полночь. Я похудела, осунулась, у меня раскрошился зуб.