И всякие немцы его еще экзаменуют, вместо того чтобы поверить на слово! Досталось всем – чужой стране, службе федеральной разведки, лично господину Эберхарту – провались он к такой-то матери со своим неверием! И плевать на тонкую душевную организацию этого субъекта!

– Достаточно, герр Эберхарт? – сменил он злобный тон на учтивый. – Или что-то еще? Станцевать калинку с лезгинкой? Зачитать наизусть моральный кодекс строителя коммунизма?

– Нет, спасибо, я вам верю… – Эберхарт шумно выдохнул, взялся за грудь.

– Вам плохо? – насторожился Михаил.

– Нет, нормально… Сердце иногда пошаливает, доктор говорит, что мне нельзя волноваться. Возраст уже не тот, опять же эта проклятая жировая масса, от которой так и не смог избавиться… Вы уверены, что Лэсси и фрау Розенталь мертвы?

– Кажется, понимаю, о ком вы говорите… Мне жаль, но это так. Собака и женщина находились в доме, когда вторглись люди из БНД. Они действовали без подготовки, за домом не следили, полезли внутрь, не зная, что их ждет, то есть проявили полную профессиональную несостоятельность. Собака, видимо, залаяла, женщина подняла крик… Мне жаль, – повторил Кольцов. – Эта несчастная, которую они задушили…

– Мой боже, какая неоправданная жестокость… – пробормотал Эберхарт. – Наши люди не могли так поступить, я ничего не понимаю… Фрау Розенталь проживает на моей улице, очень добрая одинокая женщина. Муж умер от разрыва аорты, сын погиб четыре года назад в результате несчастного случая – он служил в армии ФРГ, скончался на полигоне в результате случайного подрыва боеприпаса… У нее есть ключ от моего дома, за умеренную плату она выводит погулять Лэсси, а также стирает и раз в неделю делает уборку. Мне некогда этим делом заниматься, да я и не знаю, с какой стороны подходить к пылесосу… – Он справился с волнением, глубоко вздохнул.

– Давайте уточним, герр Эберхарт. «На берегу», так сказать, во избежание возможных недоразумений. Вы работаете в разведывательном центре на Фельдештрассе, готовы сотрудничать с нашей страной. Ничего не поменялось? Вы владеете секретной информацией, которую согласны предоставить нашей стороне?"

"– Вы даже не представляете, какой информацией я владею, – усмехнулся Эберхарт. – Она сравнима с теми сведениями, которые доступны руководству центра в лице герра Баумана и нашим заокеанским кураторам – тому же Алану Робинсону или его заместителю Джеку Портеру…

– Ваша мотивация меня пока не волнует. Обсудим это позднее, если вы настроены обсудить данный вопрос. Полагаю, идеология здесь не замешана. Каким образом вы собирались предоставлять нам информацию? Это устные сведения, копии с документов, микропленка?

– Зачем же микропленка? – усмехнулся Эберхарт.