Хмыкнув, он подошел к кровати, сдернул одеяло, молча посмотрел на мертвую Елизавету, резко повернулся и стремительным взглядом окинул всю комнату. На полу валялся пистолет. Как Георгий его выбил из рук Елизаветы, так он и лежал. Георгий о нем просто забыл, и вот теперь, одновременно с Федором, увидел.

– А ну-ка, начальничек, замри! – резко приказал Горюнов, подошел к пистолету и поднял его. – Хм! Вальтер! Немецкое оружие во глубине сибирских руд… Ну-ну… Вообще-то хорошая машинка. Доводилось мне держать ее в руках. И даже целиться из нее во всяких личностей. Это я говорю тебе так, для общего понимания. – Держа пистолет в руках, Федор вновь подошел к кровати. – У вас тут, как я понимаю, случилась оперетта? – спросил он. – Ничего, впечатлительно… Подушечка – дело подходящее. Раз – и готово… Вот даже вмятины от зубов остались на подушечке… Это ты ловко управился! Да, а на какую тему была оперетта? Спрашиваю просто так, для общего интересу…

Георгий стоял посреди комнаты и молчал. Он никак не мог прийти в себя от свалившихся на него бед, которые были одна хуже другой. Тут тебе и неудавшийся взрыв шахты, и арест Геппа вместе с компанией, и убийство Елизаветы, и ожидание скорого прихода НКВД, и негаданное появление этого приблатненного субъекта кладовщика… Откуда он тут взялся, какими путями, а главное, зачем пришел? Что ему надо?

– Разве тебя не арестовали? – спросил Георгий. К нему начала возвращаться способность мыслить, и он решил, что таиться при таких обстоятельствах – дело глупое и бессмысленное. Затаиться тут было невозможно, потому что и Гепп, и мертвая Елизавета, и пистолет вальтер в руках у этого нежданного гостя – все это, как ни крути, были доказательствами, которые его, Георгия, обличали. При таком раскладе затаишься с одной стороны – правда вылезет со всех других сторон.

– Вот это – правильный вопрос! – улыбнулся Федор озорной улыбкой. – По существу. А я-то думал, что ты будешь передо мной играть в секретики. Мол, знать тебя не знаю, кто ты таков есть… А ты – в открытую. Это хорошо, потому что таиться у нас времени нет. Мы с тобой – в одной лодке, которая, кстати, дырявая – просто мочи нет! Вместе нам на ней и к берегу грести. Авось выгребем – хоть и дырявая лодка. Ты спрашиваешь, арестовали меня или нет. Еще как арестовали! Просто-таки мое почтение! Прямо-таки из-под земли выскочили, и – в кандалы! Всех! И фраерка, и двух ушкуйников, и, конечно, Геппа. Ну, и меня заодно. Всех с поличным взяли! То есть со взрывчаткой.

– Но как же…

– А это ты спроси в НКВД! – не дал договорить Георгию Федор. – Откуда я знаю как? Зато я знаю другое. Сейчас нашего немчика прессуют так, что тут даже камень начнет давать показания, а не то что этот немчик. В общем, дело тухлое.