Тогда-то, думаю, у нас и появятся доказательства против Миловидова, а может статься, и против его женушки. Вот тогда-то мы их и скрутим.

– А если они вздумают сбежать, как только узнают про то, что мы арестовали Геппа и его компанию? – усомнился Расторгуев. – А ведь узнают! Арест не скроешь! Через полчаса после ареста о нем будет говорить вся шахта, а наутро – весь город. Народ тут такой, что ничего от него не скроешь. Значит, узнают и они. То есть Миловидов и его жена. И они попытаются скрыться.

– Ну, тогда, конечно, их нужно будет задержать, – развел руками Федор. – Тут уж ничего не поделаешь. Задержим и будем колотиться лбом о стену. Хотя если они попытаются скрыться – это ведь тоже будет являться доказательством их вины. Хоть и не прямым, а все-таки…

– Ну, кажется, все решили! – выдохнул Расторгуев. – Теперь лишь бы все сложилось, как мы предполагаем!

– А куда оно денется? – улыбнулся Федор, и его улыбка была легкой и по-мальчишечьи озорной. – Обязательно сложится. Потому что на нашей стороне правда. А теперь ступай-ка ты отсюда, Антон Кузьмич, да поскорей. Извини, конечно, за негостеприимность, но тут такое дело… Очень даже не исключено, что господа шпионы захотят разузнать, где я живу, и установят за мной слежку. И соответственно за этой хатой. Я бы на их месте так и поступил. И по этой причине твоя персона здесь нежелательна. А вдруг они тебя опознают? Ты ведь личность известная. Так что пока ко мне не являйся ни под каким видом. Все инструкции будешь получать через Ульяну. Ну, и ответные приветы от тебя – также через нее.

– Это мы понимаем, – сказал майор. – Так я пойду.

– Иди, Антон Кузьмич. И будь готов к действиям.

– Конечно, – заверил Расторгуев и вышел.

– Вот такие у нас дела, – сказал Горюнов, взглянув на Ульяну. – Теперь главное, чтобы господа диверсанты не поменяли своих подлых планов…

– Это очень опасно? – спросила Ульяна.

– Что именно? – спросил Федор, хотя он прекрасно знал, что она имеет в виду.

– Все это…

– Опасно для кого?

– Для тебя.

– Для меня – ничуть, – улыбнулся Горюнов. – Что здесь может быть опасного?

– Зачем ты мне врешь? – спросила девушка, и Федору показалось, что она вот-вот заплачет.

– Нет, и вправду, – принялся уверять Горюнов. – На фронте – вот там опасно. И страшно. А тут… Шпионы, диверсанты… Почему мы должны их бояться? Пускай они нас боятся.

– Но товарищ майор говорил, что они захотят тебя убить!

– Это он так, на всякий случай… А на самом деле все будет иначе.

Ульяна хотела еще что-то сказать, но промолчала, потерла глаза ладошкой и стала прибирать со стола.

– А вообще-то я хочу спать, – признался Федор. – Целые сутки не спал из-за этих проклятых шпионов.

– Ложись, – кивнула Ульяна на кровать. – Я тебе постелила.

– Нет-нет! – запротестовал Федор.