"

"Подали заявление, а через неделю расписались в будний день без свидетелей, гостей и отмечаний. В выходные собрали родителей за одним столом, поставили тех и других в известность об изменении своего социального статуса, выпили шампанского (все, кроме Лии), приняли осторожные поздравления от родни, не искрившие энтузиазмом, и стали жить семьей.

И, в общем-то, они неплохо жили, достаточно весело, если учитывать тот факт, что Красногорский очень много работал и мало бывал дома, да и Лия где-то как-то трудилась, но основной ее занятостью была совсем иная деятельность: посещение нескончаемых перфомансов, каких-то знаковых мероприятий, тусовок и встреч, словом, она вела очень активную, напряженную, отнимающую все силы светскую жизнь.

А так ничего, весело и достаточно легко жили, ни разу не поскандалив и не найдя за эти два года повода для упреков.

Однажды утром за завтраком Артем спросил у жены:

– Лий, может, нам стоит пройти обследование?

– Какое обследование? – недоуменно посмотрела она на него.

– Медицинское, какое же, – уточнил Красногорский. – Ну смотри, мы уже два года живем вместе, не предохраняемся, а детей нет и даже не намечалось.

– Скажи, Горыч, а от тебя женщины раньше когда-нибудь залетали? – несколько снисходительно спросила Лия.

– Ну было пару раз, по молодости, но обе барышни не собирались рожать, хотя я и предлагал и даже, помнится, настаивал, но одна делала крутую карьеру, а у второй и так уже имелось двое детей и перманентный муж, к ним прилагающийся, который то есть, то его нет.

– Ну тогда на фига тебе это обследование? – недоуменно пожала она плечиками. – У меня с этим полный порядок, и у тебя с плодовитостью все в порядке, – и усмехнулась. – Даже более чем в порядке, я уже два аборта от тебя сделала, значит, все обстоит как надо.

– Ты что? – обалдел Красногорский.

– Ну, что, что? – пожала она снова плечами. – Забыла таблетки принимать, вот и залетела. Бывает.

– То есть ты… – у него просто мозг взорвался от той простоты, с которой Лия призналась в том, что сделала. – Подожди, – перевел Артем дыхание. – Я правильно понял, что за время нашей совместной жизни ты дважды беременела и, ничего мне не говоря, делала аборты?

– Правильно, – подтвердила Лия, улыбаясь, кивнула головой и попеняла: – Ну что ты так разнервничался, Артем?

– То есть ты не понимаешь? – терял дар речи, буквально зверея от негодования, Красногорский. – То есть для тебя это нормально – взять и сделать аборт, ничего не говоря мужу?

– Вообще-то это мое дело – делать мне аборт или нет, это же моя жизнь и мое тело? – перестав улыбаться, объяснила ему свою позицию Лия.

– Лий, – осторожно сказал он, стараясь держать свой гнев под контролем, только желваки на скулах ходили ходуном да зубы скрипели.