— Рус, как ты вкусно готовишь, — нахваливаю я куриный бульон с кусочками белого мяса, сухариками, вареным яйцом и зеленью. — Пальчики оближешь. Как в ресторане.

— Спасибо, — улыбается он. — Я вообще хорошо готовлю, поэтому Ярик со мной и живет, — он смеется. — Шучу. У нас мама супер-повар, ее талант передался мне по наследству. А какую я лазанью умею делать, вообще язык проглотить можно!

— А Яр тоже так умеет?

Он хохочет:

— Нет, даже не надейся. Яр застрял где-то на уровне яичницы и магазинных пельменей. Я думаю, любой человек в состоянии научиться готовить при необходимости, просто брату это не нужно. Дома нам мама устраивала первое, второе и десерт каждый день. Причем обед и ужин в один день всегда были разными.

— Ого, вы не доедали вчерашнее?

— Никогда. Она любит готовить, это ее хобби. Раньше я думал, так у всех.

— Это очень большой труд.

— Знаю. Причем мы могли бы себе позволить собственного повара или заказывать еду, но мама готовила сама. Так она чувствовала себя полезной, наверное. С уборкой ей помогают, разумеется, у родителей большой дом.

— Здорово как.

— Ага. Ну а потом Яр пошел в армию, после армии остался на службе, их там кормят же… как-то. Когда дома — или заказывает, или мою еду подъедает.

— А ты не служил в армии?

— Нет, — обрубает. — Боже упаси. Конечно, хочется быть в близких отношениях с отцом, но живым быть хочется больше. Я и на гражданке отлично реализуюсь, — его тон становится резким, заметно, что эти вопросы его порядком достали.

— Да, правильно. Опасное это дело.

— Конечно. Яр вынужден был свалить в армию, а потом принял свою судьбу. Я не такой. Мне пофиг, если отец решит лишить меня наследства — да на здоровье! Сам заработаю!

— А он может?"

"— Пф, запросто! — Рус придвигается ближе и произносит доверительно: — Яр тебе не рассказывал о нашем третьем брате?

— Есть еще третий? — удивляюсь я.

— Да, — Русик смеется над моей реакцией. — Сын отца от первого брака. Вот он — самый лучший сын на свете.

— Как сын маминой подруги?

— Верно, — он смеется. — Сечешь. Даже назван в честь отца — Денис. Денис Денисович, полная фигня, согласись?

Я пожимаю плечами, решая выбрать нейтральную позицию. Руслан продолжает:

— Дэн закончил военное училище, пошел по дорожке отца. Протоптанной. Ну еще бы, с такими пинками! И в тридцать лет его повысили с какой-то наградой, и все, отца как накрыло! Мы с Яром учились на втором курсе как раз. Хорошо учились, кстати, без нареканий. Отец заявил, что отныне у него только один сын, остальные — гребаные танцоры-психологи!

— Ого, Яр не рассказывал, — я невольно округляю глаза. — Хотя он много раз говорил, что ваш отец — человек тяжелый.

— Да, попала вожжа под хвост. Объявил, что лишает нас наследства. Ну это ладно, пусть Денис Денисович подавится.