— Ещё одно слово и ты превратишься в живой факел.

— Корра! — рыкнул на меня ректор де Форнам. — Держи свой язык за зубами и не смей угрожать убийством адепту! Иначе я буду вынужден принять меры!"

"— Принимать меры надо было раньше! — воскликнула я, борясь с разгорающимся огнём внутри меня. Нечеловеческим усилием воли я уменьшала его до искры, вспоминая вчерашний урок с моим новым деканом. — За все те несколько месяцев, что я нахожусь в Академии Дальстад, меня пытались похитить как случайного свидетеля, убить меня с помощью ядовитой арахниды, затем обвинить в убийстве своей соседки и продержать сутки в полицейском управлении! И всё почему? Потому, что я держала язык за зубами, как вы мне и велели! Господин Альсар единственный, кто был рядом, кто поддерживал меня и вытаскивал из любой передряги! Если б не он, то меня бы убили ещё в первую неделю!

— На что ты намекаешь, Корра? — Алистер был вне себя от гнева, и от того, чтобы вышвырнуть меня из академии, его останавливало присутствие Адриана и двух деканов.

— Господин де Форнам, всё, что говорит Эрика, это правда? — голосом, не предвещающим ничего хорошего, произнёс Вихрь.

Про Тома, казалось, уже забыли, хотя адепт по-прежнему стоял в центре кабинета с загадочной улыбкой на губах и жадно слушал каждое наше слово. Но мне было уже не до адепта, вся моя ярость сменила направление в сторону ректора де Форнама.

— Вы сами велели мне держаться ближе к моему декану, чтобы до меня не добрался Тёмный. Не академия, а господин… Да к дьяволу ваши формальности! Аллен защищал меня! Если бы не он и не господин де Ареон, я бы сейчас не стояла живая и невредимая перед вами! И ты, отец, ещё вчера ты склонился перед Алленом в знак высшей благодарности, а что изменилось сегодня? Или твоя благодарность — это всего лишь слова, которые ничего не стоят?

— Эрика! — не выдержал мой отец, но я, распаляясь с каждой секундой, продолжала:

— Вам, Алистер, не важны жизни своих адептов.

Вы заботитесь лишь о том, чтобы прикрыть свою задницу и сохранить лицо академии, которая насквозь прогнила с таким лицемерным руководителем! И если бы вы увидели меня, охваченную огнём в тот вечер на боевом поле, то распорядились бы лишь о том, чтобы информация о гибели иностранной студентки не попала бы в утренние газеты! Вы слишком долго занимали ректорское кресло, господин де Форнам, и напрочь забыли что такое человечность. А может, никогда и не знали!

Я замолчала, переводя дыхание, и подняла глаза к потолку, сдерживая подступившие к глазам слёзы. Судя по всему, только что я собственноручно подписала приговор своему дальнейшему обучению в Дальстаде, но вопрос получения диплома уже не стоял так остро.