— Господин Альсар позаботился обо мне и отгородил пространство, где я смогла переодеться без лишних взглядов других адептов! А задержался он потому, что читал мне лекцию по поводу неуместности яркого макияжа на боевом поле и призывал к дисциплине.

Не выдержав, Кристиан беззвучно засмеялся, прикрывая рот ладонью.

— Типичный Аллен, простите, — произнёс он без капли вины в глазах и кивнул адепту, мол, продолжай.

— Можно долго перечислять все его действия в её адрес, поэтому я перейду сразу к сути. Вчера днём я направлялся в кабинет господина Альсара с просьбой выдать мне кое-какие документы для подработки в столице и встретил в коридоре растрёпанную Эри с безумным взглядом.

В тот день единственным преподавателем, который находился в учебном крыле был мой декан, и он в тот момент спорил на повышенных тонах с господином де Ареоном. Я задавал ей вопросы, но Эрика дрожала со слезами на глазах и стремилась уйти от ответа, а потом и вовсе убежала, скрывшись в кабинете ректора де Форнама. Нетрудно догадаться, что господин Альсар, не добившись взаимности, решил взять своё силой!

— Что за бред! — не сдержавшись, воскликнула я, чувствуя, как щёки стремительно наливаются краской.

Я находилась в опасном положении: если я признаюсь, что сама спровоцировала боевика на поцелуй, нас обоих обвинят в том, что мы нарушили устав академии. Меня отчислят, а он потеряет рабочее место. Если же умолчать о том, что на самом деле было в кабинете, отец безоговорочно поверит словам Тома и Альсар может попасть под арест за домогательства, которых не было!

И вновь Кристиан спас положение:

— Позвольте мне вмешаться и ответить за мою адептку. Проводив господина Корра в этот самый кабинет, я направился прямиком к Аллену.

И в его кабинете я действительно застал Эрику, но ничего противозаконного на моих глазах не происходило. Адептка Корра и декан Альсар находились в разных концах кабинета. Уверен, если бы ей нужна была помощь, она бы обратилась ко мне, как к своему новому декану.

— Господин де Ареон, как много вы задолжали господину Альсару? Так яростно защищаете его, при том, что вас никогда нельзя было назвать друзьями, — неожиданно усмехнулся Том. Ухмылка вышла на удивление смелой, злобной и язвительной.

— Значит, не их я видел целующимися во время праздничного салюта на самом верху “Дороги в небеса” каких-то два часа назад? Как порядочный и ответственный адепт, я сразу же доложил ректору о факте неуставных отношений. Эри, этот подлец Альсар шантажировал тебя? Он принуждал тебя к поцелую? Требовал от тебя расплаты за то, что ты превратила его в мерзкого, никому не нужного урода?

— Закрой рот, Том, — голос, сорвавшийся с моих губ, был мне незнаком: хриплый и низкий, пропитанный ядом и неприкрытой угрозой.