Так! Вот у нас письмецо… У кого-то мания величия, бланк украшен золотыми вензелями. Чувак явно не мелочится и только я вижу смысл написанного? Он, по сути, покупает нашу фирму… И подпись внизу: Лютовский Станислав…

Хм. Знала я одного Лютовского Станислава, с которым мы были в контрах. Это была банда соседнего района. Нас тогда с Олегом загнали в ловушку. Главарь, по кличке Лютый, с серьгой в левом ухе, вышел вперед и обошел кругом. Мы были младше и намного слабее. Жались к друг другу. Моего Титова потряхивало, но он жал мою руку сильно, чтобы я не боялась.

— Оставишь нам девку, уйдешь целый, — сплевывает и смотрит исподлобья. Здесь без шансов, Олега просто запинают толпой, может даже случиться худшее. О себе я не думала. Страх за своего друга был сильнее:

— Лютый, не трогай его! — начинаю шипеть. — Тронешь, и тебя придется меня убить. Я же тебя по любому достану. Без ног приползу, чтобы до глотки добраться."

"Что он тогда увидел в моих горящих безумным блеском глазах? Слабоумие и отвагу? Отпустили нас через коридор позора… Плевали прямо в лицо, выкрикивая ругательства и издевательски хохоча. Мы так и шли, держась за руки. После, Олежка мне признался, что чуть в штаны не наделал, такого страха натерпелся. Но боялся он больше не за себя…

Не может быть таких совпадений. К горлу подступает тошнота. Что же оно все сыплется точечными ударами? Точно пора валить, пока не поздно. Сославшись, что у меня много работы, выпроводила кадровичку. Открыв нижний ящик, достаю последнюю, из неприкосновенных запасов, шоколадку. Мысленно представляю ту бездну, в которой оказалась. В купе с виной перед мужем, можно умножить надвое.

Очнулась, когда уже было без пятнадцати минут идти на планерку. Забегала. Распечатала кое-какие отчеты. Интуиция подсказывает, что нужно хорошо подготовиться… Вихри враждебные веют над нами. В бой роковой мы… Посмотрим еще.

Цокаю в конференц-зал, прижимая к себе папку как щит. Еще с порога понимаю, что творится нечто страшное. Сотрудники, которые раньше здесь устраивали жужжащий улей от разговоров между собой, сидят словно прибитые. Все взгляды направлены в центр.

«Ну, здравствуй, Лютый! Тебя только не хватало для полного песца».

Сложил руки в замок. Весь в черном, аки предвестник апокалипсиса. На пальце блестит золой перстень. Серые глаза цвета стали округлились. Узнал. Конечно узнал. Это я тебе по морде от всей души врезала, когда дошла оплеванной до конца, сквозь строй твоих отморозков. Ударить удалось один раз. Вторую руку он перехватил и сжал до хруста костей.

Инстинктивно тянусь к тому запястью, а он синхронно чешет скулу, куда прилетел мой кулак. Оскалился, будто торт на день рождения свой увидел.

Сашок рядом сидит. Переводит взгляд с меня на него и обратно, чувствуя, как между нами молнии бьют.