Проводив её удивлённым взглядом, Слава плеснул в стакан грамм сто пятьдесят и, махом проглотив спиртное, закусил квашеной капустой. Тёплый комок прокатился по пищеводу, и парень почувствовал, как тело медленно расслабляется. Ледышка страха, засевшая где-то в районе затылка, плавно рассосалась. Выпив ещё грамм пятьдесят, Слава с удовольствием умял котлету, не забыв поделиться с Тяпой, и, собрав посуду на поднос, убрал его в сторону.

Выглянув в коридор, он подозвал сидевшего на стуле бойца и, кивая в сторону гауптвахты, приказал:

– Веди следующую.

* * *Глядя на уже знакомые каменные троны, Слава лихорадочно искал повод для такого срочного вызова. Принеся жертву, он надеялся, что забытые на некоторое время оставят его в покое и дадут возможность обжиться на новом месте. И тут на тебе. Не успел уснуть, и тебя уволокли, словно мешок с картошкой. Хорошо хоть одним куском, а не так, как в прошлый раз. Вздохнув, парень дождался, когда боги соизволят воплотиться в своих креслах, и, тщательно контролируя каждую эмоцию, склонил голову и громко сказал:

– Что за беда пришла, забытые, что вы вдруг решили встретиться? Зачем силы тратили?

– Осмелел, – одобрительно усмехнулся старшой. – Это хорошо. Значит, прямо говорить будешь.

– Так я вроде и раньше не лгал, – удивился Слава.

– Это верно. Может, ответишь, почему? – прищурился старшой.

– Смысла не было. Какой смысл лгать, если тебя насквозь видят?

– Как это насквозь? – вдруг удивился воин.

– Это в смысле, что каждую мою мысль вы легко прочтёте и ложь сразу заметите, – пояснил парень.

– Хорошее слово. Как стрелой. Насквозь, – повторил старшой, словно пробуя его на вкус.

– Так что я сделать могу? – попытался перейти к делу Слава.

– Прав. Есть у нас к тебе дело, – резко помрачнев, тихо сказал старшой. – И тут только от тебя всё зависеть будет. Отпусти нас.

– Как? Разве я вас держу? – растерялся Слава.

– Мы потому и стали забытыми, что вовремя уйти не смогли. Жреца не было, чтобы круг завершить.

– И что нужно делать? – осторожно поинтересовался парень.

– Кровь свою отдать, – еле слышно произнесла богиня, сидевшая справа от старшого.

– Это самоубиться, что ли? – не понял Слава.

– Нет. Рискнуть. Решиться в открытом бою вложить клинок в ножны, – вскинув голову и глядя парню прямо в глаза, твёрдо сказал старшой.

– Клинок в ножны? Как это? – не понял Слава, чувствуя, как по спине течёт холодный пот, а ладони противно намокли.

– В открытом бою, клинок на клинок, открыться, позволив врагу нанести удар. Ударить самому и успеть сказать нужные слова. Смешав свою кровь с кровью врага и отдавая свою жизнь, ты отпустишь и нас.

– Так просто? – не поверил Слава. – Позволить себя убить и успеть сказать несколько слов – и всё? Вы исчезнете?

– Уйдём.