Вариантов не оставалось, кроме как следовать туда, куда так настойчиво меня тащат. Спустя пять минут прогулки губы уже посинели от холода, пальцы рук не чувствовала совсем, но продолжала двигаться к неизвестной цели. Волосы и лицо покрылись слоем песка, который был тут повсюду. С каждой минутой продвижения в сторону гор, иногда подсвечивающихся светом молний, злость поглощала меня все больше от осознания, что сил оставалось все меньше, а горы были все так же далеко. Спустя еще пять минут я, окоченев окончательно и плюнув на то, что меня куда-то тащило, села на песок, который уже достал и забрался в самые потаенные части тела.

— Все! Не знаю, кто ты и что от меня хочешь, но больше тащиться по этому холоду я не намерена. Если ты хочешь поговорить со мной, то будь так любезен и подойди сам, раз у тебя тут так негостеприимно, — сидя на песке, зло кричала я.

— Ты — наследница рода, которая сняла печать сна с меня, но ты боишься и не принимаешь меня, — раздался голос за моей спиной.

— Я так понимаю, ты хранитель города? — уставшим голосом спросила предполагаемого хранителя.

— Да, больше тут никто и не может быть, — с грустью и какой-то обреченностью мне ответили.

— А куда меня, кстати, в очередной раз затянуло? Не подскажешь? — спросила хранителя.

— Это граница защитного контура печати, которая является последней защитой города перед пробуждением. Тут, не погибнув, могут быть только хранитель и наследник рода, поэтому тебе и пришлось столько идти для подтверждения того, что ты сильный маг и наследник.

— Ну, знаешь, прогулка по холоду мне как-то совсем не понравилась, скажу тебе честно. Да и зачем эта проверка, если печать откроется только кровью наследника, нанесенной добровольно?

— Печать снимается кровью наследника, но это испытание нужно для того, чтобы посмотреть и подстроить твои энергетические каналы под каналы города, так как они являются сердцем системы. Если каналы наследника не смогут выдержать и подстроиться под систему города, то наследник умирает и становится энергией для запечатывания города обратно.

— Да вы тут обалдели, что ли?! Добровольно-принудительно заставили открыть печать, возложить на свои плечи такую ответственность, так еще и я тут в прах могла превратиться, если бы не подошла. Почему меня с самого начала не предупредили?! Даже капли крови бы не дала этой печати.

— А об этом знаю только я, как хранитель, а я спал и не смог бы тебе об этом сказать, извини. Почему ты так боишься и не хочешь пробуждения города???

— Меня пугает неизвестность. Пойми, я не против тебя или пробуждения города, но события, которые происходят с огромной скоростью рядом со мной в этом мире, не дают даже отдышаться.