Сейчас же приходилось постоянно сдерживать порывы собственной техники, которая, казалось тяготела к саморазрушению и побегу за пределы поля боя.

Если проводить аналогии, всё равно, что пересесть с автомобиля на безумного жеребца, что постоянно желает унестись куда-то в сторону. Особенно, если видит там овраг, где вы оба можете переломать все кости.

Стоило моим плетениям вступить в контакт с силой, которую обрушивали на нас враги, как изменённая энергия устремилась вперёд.

С одной стороны, так и было задумано — запущенное плетение должно было использовать каждого из заражённых Бездной в качестве промежуточного звена, протягивая нити ко всем, с кем он был соединён каналами связи.

Но при этом я никак не ожидал, что оно не ограничится обычной установкой контакта, а свяжет меня самого с сутью цели. Его разумом, мыслями, памятью и душой.

Щупы энергии скользили между наших противников, касаясь их одного за другим. А дальше ринулись к тем, с кем они были на связи.

Моя «искра» работала на полную, а резерв уже был полностью опустошён — прямо сейчас нити энергии пробивали себе путь в иные миры, ветвясь внутри каждого из них и охватывая всё большее количество людей.

Если бы комплекс плетений не задействовал в качестве источника силы каркасы уже поражённых целей, у меня вовсе не хватило бы мощи. Тогда пришлось бы прекращать работу этой техники и тестировать следующую, потеряв элемент внезапности.

На момент мне показалось, что объёма силы всё-таки окажется недостаточно и меня попросту разорвёт на куски. Шутка ли — разом проложить путь в сотни миров, пусть и лишь для энергетических каналов.

Ситуация стабилизировалась спустя десяток секунд, которые показались мне десятилетием, проведённым в жерле вулкана.

Но по мере того, как в сети оказывалось всё большее число разумных, нагрузка распределялась. Они сами обеспечили технику достаточной мощью для продолжения атаки.

Нити скользили от миру к миру, связывая всех, кто был заражён Бездной. Меркурий из Древа соединил их всех в единую структуру, сделав промежуточными звеньями богов и бывших смертных, которых он сам наделил божественной «искрой». Почти идеальная схема с точки зрения контроля и обеспечения собственной власти. Но то, что являлось её преимуществом, сейчас стало уязвимостью.

Смесь сразу из трёх комбинаций плетений, контур которой был напитан изменённой силой Бездны, стала своего рода вирусом, который мчался по вражеской рукотворной сети, не встречая ни малейшего сопротивления.

Вот эффект единения с разумом каждой цели, стал крайне неприятной неожиданностью. Как бы я ни старался отсечь восприятие множества чужих сознаний и их памяти, они буквально окружали меня. Пробивали ментальную защиту и обрушивали каскады ощущений и воспоминаний.