Я прокручивала все, что произошло с момента нашей встречи, причем, не пропускала ничего – теперь я не позволяла себе малодушия. Я мечтала, что он мне напишет или позвонит. Я до одури боялась, что он мне напишет или позвонит. Я… да много чего я.

А Даня – вот он. В соседней беседке кормит комаров. Как такое могло вообще случиться?!

- Лиля! – раздалось громкое слева. – Ты придешь? Или мне самому к тебе прийти?

Я медленно поднялась на ноги. Мне нужно еще немного времени… хотя бы чуть-чуть… сколько есть… чтобы попытаться прийти в себя.

Я шла медленно. И все еще не верила, что это правда. Что там – на самом деле Даня. Может, это чей-то розыгрыш? Или у меня уже крыша поехала, и я что-то не так понимаю? У самой беседки я споткнулась о торчащий из земли корень. На лавку я шлепнулась, нецензурно шипя.

- Ну, здравствуй, Лиля.

Это правда. Это он. Данил Доценко здесь, сидит рядом со мной – руку протяни. Разумеется, я не стала протягивать рук. А вот посмотреть - посмотрела. Да что там – взглядом впилась."

"Он изменился. Какой-то месяц прошел – точнее, двадцать семь дней. А он изменился. Хотя бывает, что для того, чтобы сильно измениться, достаточно секунды. Мгновения. Мига. Исчезла какая-то безмятежность из взгляда. Благодушная снисходительность исчезла – снисходительность человека, у которого в жизни все было в порядке, все отлично сейчас и будущее тоже прогнозируемо безоблачно. И вдруг бац – в жизни этого человека случается Лиля Плик. А это катастрофа похлеще извержения вулкана Эйяфьядлайёкюдль, даром что произносится гораздо проще.

Данил то ли похудел, то ли что-то заострилось в его лице. Пролегли линии от носа к углам губ, резче стали скулы. Или это просто тени так ложатся – солнце вот-вот спрячется за горизонт.

- Ну, устраивайся удобнее и рассказывай.

В череде того невозможного, что произошло со мной за последний час, невозмутимо-вежливый тон Данила был самым удивительным. Чудовищно удивительным, я бы сказала. Потому что я совершенно не представляла, что ему отвечать на этот вопрос, заданный таким тоном, будто мы приятели – не очень близкие, но испытывающие друг к другу легкую симпатию и рады друг друга сейчас видеть – скорее, от скуки, чем на самом деле.

Для начала я прокашлялась.

- Что рассказывать?

- Все, - безмятежно пожал плечами Данил. – Например, как ты тут оказалась? Я даже глазами своим не поверил, подумал сначала, что ошибся, обознался.

Значит, он меня увидел. Он меня заметил из своей беседки, а я его – нет. Поэтому он мне и написал. И никаких чудес.

- Да я… это… - я почему-то никак не могла сформулировать свой статус здесь. А работа вожатой казалась мне сейчас верхом инфантильности. Особенно на фоне человека, который делает системы, управляющие продажей авиабилетов в крупной авиакомпании.