Естественно, сидеть я не собиралась, а планировала работать, благо, сейчас много вакансий по удалеке, разберусь как-нибудь… Вот только выдохну.

А пока что моя дочь повадилась каждый вечер гладить мне живот и общаться с “лялечкой”, Варька вздыхала, но молчала, зная, насколько бесполезно вставать мне поперек нерва, а я все ждала, когда же уже выдохну окончательно. И перестану думать, а что было бы, если бы я…

Яблоко кончилось, магазин оказался закрыт, и я со спокойной совестью потопала домой.

Мимо древнего палисадника одного из уцелевших старинных домов с резными наличниками, мимо железного забора, отгораживающего архаичную пожарную часть, мимо небольшой стоянки с машинами разного цвета и калибра. И белые волги тут были, и старые синие москвичи, и современные калины, и даже какой-то черный здоровенный танк с тонированными в хлам стеклами…

Несуразность картинки царапнула мозг, размягченный осенним утром и яблоком, а потому я не сумела сразу достойно среагировать на появление двух высоких плечистых фигур, стремительно двинувшихся в мою сторону.

Только стояла, глупо раскрыв рот и пялясь во все глаза на моих бывших боссов, приближающихся ко мне с такими лицами, что любая бы на моем месте с воем уже бежала, теряя тапки и не оглядываясь.

Я же словно к земле приросла, и в голове было пусто-пусто. Только вгляд не могла оторвать от них, жадно, до слез, впитывая такие знакомые черты. Я по ним, оказывается, дико, до боли в горле, скучала. Так странно было это осознавать в такой ситуации, так нелепо…

Они же явно меня убивать идут. С такими лицами только убивать можно…

А я стою, любуюсь ими, грозными, серьезными…

Гном осунулся. Куда-то делать его вечная живость, легкая округлость щек, довольно лучащиеся глаза. Сейчас передо мной был суровый, невероятно серьезный мужик с грубой щетиной на пол лица и жестким оскалом.

Саня стал еще холоднее, еще невозмутимее. Словно не человек передо мной был, а статуя из льда. И глаза будто инеем присыпало…

Они оба изменились, да так сильно! Так пугающе!

Что произошло с ними? Что случилось за этот месяц?

Я стояла и ждала их, настороженно, словно застигнутая врасплох косуля, тревожно прядающая ушами и не понимающая, с какой стороны шевелится трава. Где хищник?

И, когда они подошли и встали возле меня, сразу запирая своими телами с двух сторон, словно в клетку замыкая, я только покорно подняла подбородок, переводя взгляд с одного на другого.

— Алиса… — неожиданно первым начал Саня, замолчал, а затем, усмехнувшись, продолжил, — или мне звать тебя твоим настоящим именем? Евгения?

— Можно Женя, — тихо сказала я.

— Можно Женя… — эхом повторил Гном, придвинулся еще ближе, словно втирая меня в грудь Сани, — можно, значит, Женя… Заебись.