Он вдохнул, и в нос ударил запах соленой морской воды и крови. На мгновение Нил оказался за три тысячи миль от Пальметто: одинокий, сломленный подросток, бредущий по шоссе в сторону Сан-Франциско. Пальцы заныли, требуя сигарету. Ноги горели от нестерпимого желания бежать. Однако он покрепче уперся ими в пол и открыл глаза.

– Нет.

– Не будь глупцом, – фыркнул Кевин.

– На этот раз бегство не поможет. Если Морияма на самом деле считают меня угрозой, за мной пошлют убийц. Нам с матерью стоило огромных трудов скрываться от людей отца. Думаешь, его босс меня не найдет?

– По крайней мере, это хоть какой-то шанс выжить.

– Шанс сдохнуть где-то еще и в полном одиночестве, – парировал Нил.

Кевин отвел глаза. Нил сунул руки в карманы: в одном – телефон, в другом – связка ключей. Кончиками пальцев он ощупывал зазубренные бородки, пока не нашел ключ от дома Ники в Колумбии. Этот ключ дал ему Эндрю – в августе, когда впервые пообещал свою защиту.

Нил опустил взгляд под ноги, на отпечаток лисьей лапы. Начал говорить и почувствовал, как страх постепенно уходит, сменяясь обреченным спокойствием:

– Бежать надо было в августе. Эндрю еще тогда сказал, что это мой последний шанс. Я решил, что останусь. Я не был уверен, что он действительно сможет защитить меня от отца, но так хотел остаться, что наплевал на риски. Может, в тот момент я не вполне понимал, насколько все серьезно, но своего решения не изменю и теперь. – Нил опустился на корточки и прижал ладони к оранжевому отпечатку. – Я не хочу бежать. Не хочу быть Вороном, не хочу быть Натаниэлем. Я хочу быть Нилом Джостеном. Лисом. Хочу отыграть с вами этот сезон и дойти до финала. А весной, когда за мной придут люди Морияма, я сделаю то, чего они так боятся: пойду в ФБР и сдам их всех. Пускай меня убьют – для них уже будет слишком поздно.

Кевин долго молчал.

– Твое место в национальной сборной, – наконец сказал он.

Кевин произнес эти слова едва слышно, однако Нилу они вонзились в самое сердце. Кевин с болью отпускал мечту о блестящем будущем Нила Джостена. Он взял Нила в команду, потому что разглядел в нем талант; привел к Лисам, потому что собирался сделать из него звезду экси. Несмотря на свою надменность и внешнее безразличие к стараниям Нила, Кевин Дэй искренне верил, что после университета тот займет место в сборной страны. А теперь он осознал, что всему этому не суждено осуществиться: к маю следующего года Нил будет мертв.

– Ты продолжишь меня тренировать? – нахмурился Нил."

"Кевин опять ответил не сразу, хотя эта пауза вышла не такой долгой:

– Каждую ночь.

Нил сглотнул, пытаясь побороть тупую боль в груди.

– Мэтт и Дэн надеются, что мы выйдем в финал.