Если бы он произвел впечатление на тренера Морияму, то рос и воспитывался бы вместе с Рико и Кевином в «Замке Эвермор». И носил бы татуировку с цифрой «3», которая сейчас украшает скулу Жана Моро."

"Нил испытал горячее желание возненавидеть свою судьбу. На мгновение ему это удалось. Он вырос запуганным ничтожеством, в то время как мог стать одним из Воронов, а в будущем попасть в национальную сборную. Он так страстно любил экси, что отнятый шанс на успех должен был вызвать в нем бурю негодования. И все же ему хватило одного взгляда на Кевина, чтобы осознать: такую жизнь он возненавидел бы не меньше. Он бы учился у лучшего тренера, играл за лучшую команду, но при этом жил бы словно в клетке и постоянно подвергался насилию. Может, он и провел последние восемь лет в бегах, но по крайней мере был свободен.

Нил наконец понял, кто держит его на поводке. Вчера Жан сказал, что ему никогда не стать Лисом, а еще посоветовал Кевину указать Нилу его место в иерархии Воронов и укоротить язык в общении с Рико. Рико до сих пор считает Нила своей собственностью, по ошибке попавшей в чужие руки. Теперь, когда Нил узнал правду, Рико ждет, что тот покорно склонит голову и встанет в строй. «Этого не будет», – хотел сказать Нил, но вместо этого выдохнул:

– Я так не могу.

– Тебе надо бежать, – произнес Кевин.

– Не могу, – повторил Нил и провел трясущимися пальцами по волосам. Успокоиться это не помогло; дрожь била его с головы до ног. – Кевин, я бегал восемь лет. Это было ужасно, даже когда была жива мама. Теперь я совсем один. Куда мне бежать? Эндрю считает, что для меня безопаснее оставаться здесь.

– Ты же говорил, Эндрю не в курсе.

– Он думает, что мой отец – мелкий жулик, который присвоил деньги босса, предназначенные семье Морияма. Я наплел, что моих родителей убили за воровство, а я сумел скрыться с деньгами. Эндрю считает, скандальная слава «Лисов» может послужить мне защитой. Если мы каждую неделю будем мелькать в новостях, избавиться от меня будет не так просто.

– Тебя известность не спасет, – сказал Кевин. – Ты слишком серьезная угроза. Обронишь словечко не тем людям, и все рухнет. Морияма знали, что твоя мать ни в коем случае не сдаст свою семью копам, но ты – ребенок, непредсказуемый и напуганный.

Нил открыл рот, но Кевин покачал головой и, не дав ему возразить, продолжил:

– Хозяин хочет тебя спасти. Весной он заберет тебя в команду «Воронов». Если ты будешь сидеть тихо, не высовываясь, он не скажет главной семье, что нашел тебя.

– Я не Ворон, – запротестовал Нил, – и никогда им не стану.

– Тогда беги, – с глухой злостью бросил Кевин. – Иначе тебе не жить.

Нил закрыл глаза и постарался выровнять дыхание. Пульс грохотал в ушах, высверливал мозг. Нил обхватил себя руками, через тонкий хлопок прощупывая шрамы.