Но где-то в глубине души я понимала, что он не оставит попыток сблизиться и будет еще ревнивее, чем прежде.

Капкан? Возможно… Но на тот момент я не видела другого выхода, поддалась собственным страхам и давлению Стефана на болезненные мозоли. Однако сейчас выходит, что Кирилл не планирует отбирать у меня сына?! Не собирается отбирать или просто говорит, что не собирается? Это может быть игрой, но я не могу рисковать.

— Мирослав — мой сын, я не отдам его.

— Да что ты заладила. «Не отдам, не отдам!» — нахмурился Кирилл.

— Почему? Потому что ты уже однажды отобрал у меня дочь! — выпалила я.

— Я…

Кирилл осекся и ничего не сказал. Он смотрел на меня с досадой и желанием, я пыталась ответить ему твердым взглядом, но чувствовала, что где-то внутри я была рада нашему разговору — пусть даже такому — вспыльчивому, на грани ссоры.

— Сядь, — хлопнул по дивану. — Чего стоишь? В ногах правды нет. Или боишься не удержаться от соблазна и наброситься на меня с поцелуями?!

— Нет. Ничего подобного! Ты сам на меня напал!

Немного поколебавшись, я присела на край дивана, как можно дальше от Кирилла. Крестовский мгновенно придвинулся ко мне, коснулся своим коленом моего и раскинул руки на спинке.

— Я так посижу. Ничего?

Кончики его пальцев задевали спину и шею, а колено передавало зной его тела, наэлектризовывая воздух.

— Ничего, сиди, — ответила, с трудом сдерживаясь. — Я могу позволить тебе иногда видеться с сыном. Исключительно в моем обществе.

— И ты скажешь, что я — его отец?!

— Не так быстро. Будет слишком много вопросов. Для начала будет достаточно побывать в его обществе. Без самодеятельности! — подчеркнула. — Выпалишь при встрече с ним: «Мирослав, я твой папа!», потеряешь навсегда возможность видеться с ним.

— Так точно! — ответил по-солдатски. — Я буду с Бусей. Она стала такой красоткой…

— Вся в маму, — сказала скупо.

— Адель почти не участвует в жизни дочери. Я хочу, чтобы Буська и Мир подружились.

— Не знаю, что на это сказать. Лишь посоветую не заглядывать слишком далеко вперед и не строить грандиозных планов. Еще неизвестно, как долго мы пробудем в России.

— Вот как? А я слышал другое, — добавил небрежно. — Якобы Войцеховски планирует осесть в столице и набирает долгосрочные проекты на постоянной основе, давая понять, что будет лично курировать самые важные из них.

— Возможно, — ответила скупо.

— Возможно? — едва ли не взвился Крестовский. — То есть ты не в курсе, чего хочет твой жених?!

Последнее слово он выплюнул с ядом, посмотрев мне в глаза потемневшим взглядом. На миг я потерялась, просто смотрела на красивое лицо мужчины, который когда-то свел меня с ума, и не могла ничего сказать. В горле пересохло, язык прилип к небу.