– Как я сразу не догадалась! Эмин! Тот самый…

– Который отправил меня на шоу «Холостяк2! – закончил мысль Василисы.

Она медленно и с улыбкой разорвала приглашение на мелкие кусочки и выбросила в урну.

– Выметайся! – прошипела.

– Выгони, – предложил я наглым тоном.

Василиса подозвала рукой одного из официантов, разносящих напитки.

– Пригласите сотрудника службы безопасности! – отчеканила командным голосом. – Немедленно!

Официант юркнул прочь, перепугавшись. Ух, какая она стала командирша. Я завелся еще больше и не мог больше держать свои желания и порочные мысли в узде, принялся фантазировать, как она мной командует.

Всюду!

– Ты проник сюда обманом. Тебя выставят с позором!

– Брось, Василиса. Вижу, тебе не впервой собирать подобные приемы для босса. И ты точно знаешь, что шумиха ни к чему, как и скандалы для его репутации. Она же такая кристально чистая, без единого пятнышка! Войцеховски не захочет пачкаться грязными ссорами и шумными драками, а я тихо не уйду! – пригрозил.

– Ты стал еще хуже! – вспыхнула.

– Но я прав! Признай. Послушай, Василиса… Я вынужден был подвинуть амбиции своего друга и пойти на обман, чтобы поговорить с тобой.

Иначе ты бы меня не захотела слушать. Мне от тебя нужен только… – прервал свои желания. – Разговор. Как два взрослых.

– Разговор? – спросила с недоверием.

– Клянусь! – ответил честно и скрестил два пальца на левой руке, которая лежала в кармане брюк.

– Хорошо. Разговор. Только разговор. Потом ты уходишь!

– Только разговор! – согласился я. – Никаких сюрпризов…

– Пошли за мной, – решительно сказала Василиса.

Она стремительно пошла в направлении большого дома, но обошла его стороной, войдя не с парадного.

Я присвистнул себе под нос, наслаждаясь видом сзади! Поэтому не обратил внимания, куда мы зашли. Может быть, это было помещение для слуг или летний домик. В общем, я бы в и костер за ней вошел, не заметив, как горит моя одежда, ведь сердце горело в сотни раз сильнее, а намерения были жарче некуда!

– Итак!

Василиса развернулась ко мне лицом и сложила руки под грудью.

– Говори, что хотел, Крестовский, и уходи!

– Я хотел поговорить о Бусе.

– Как эта тема касается меня?

– И о Мирославе.

Я хочу, чтобы мои дети знали друг друга и были дружны.

Судя по замешательству на лице Василисы, не такого она ожидала от меня, и немного растерялась, ослабила границы.

Я сделал медленный шаг в ее сторону, а потом решительно припер красотку к стене.

– И твои губки хочу! – впился в них поцелуем.

Глава 10"

"Василиса

Крестовский начал меня целовать и прижал к стене. Губы словно кольнуло током. Укол удовольствия прямиком в беззащитный эпицентр женской сущности.