Бриллианты и жемчуг, замысловато нанизанные на нити белого золота.

— Лука не жалеет денег, не так ли? Это ожерелье и застежка для фаты, вероятно, стоят дороже, чем большинство людей платят за покупку дома.

Звуки разговора и смеха гостей, собравшихся в саду, доносились через открытое окно в комнату. Время от времени раздавался глухой удар.

— Что это за шум? — спросила я, пытаясь отвлечься. Джианна подошла к окну и выглянула наружу. — Мужчины снимают свое оружие и складывают в пластиковые коробки.

— Сколько?

Джианна вздернула бровь.

— По сколько пушек они отдают?

— По одной. — Она нахмурилась, потом ее осенило, и я мрачно кивнула.

— Только дурак покинет дом с менее, чем двумя пушками.

— Тогда зачем эта показуха?

— Это символично, — сказала я. Как и эта ужасная свадьба.

— Но если они все хотят мира, почему бы не прийти без оружия? Это свадьба, в конце концов.

— Раньше были кровавые свадьбы. Я видела фотографии со свадеб, где невозможно было определить цвет платья невесты. Так как оно пропитано кровью.

Лили передернуло.

— Подобного не случится сегодня, да?

Все возможно.

— Нет, Чикаго и Нью-Йорк слишком сильно нужны друг другу. Они не могут рисковать и проливать кровь друг друга, пока Братва и тайваньцы представляют угрозу.

Джианна фыркнула.

— О, здорово, это утешает.

— Именно, — твердо сказала я. — По крайней мере, мы знаем, что сегодня никто не пострадает.

Мой желудок скрутился в узел. Разве что я, может быть. Наверное.

Джианна обняла меня со спины и положила подбородок на мое обнаженное плечо.

— Мы все еще можем сбежать. Мы могли бы снять с тебя платье и улизнуть. Они все заняты. Никто не заметит.

Лили энергично кивнула головой и встала с кровати.

Лука бы заметил. Я заставила себя отважно улыбнуться.

— Нет. Слишком поздно.

— Это не так, — прошипела Джианна. — Не сдавайся."

"— На моих руках будет кровь, если я нарушу соглашение. Они начнут убивать друг друга ради мести.

— У всех них кровь на руках. У каждого гребаного человека в саду.

— Не выражайся.

— Правда? Леди не выражается, — Джианна передразнивала голос нашего отца. — И куда тебя привело поведение послушной маленькой леди?

Я отвернулась. Она была права. Это привело меня прямо в объятия одного из самых смертоносных мужчин в стране.

— Прости, — прошептала Джианна. — Я не это имела в виду.

Я переплела наши пальцы.

— Я знаю. И ты права. У большинства людей в саду руки в крови, и они заслуживают смерти, но это наша семья, единственная, которая у нас есть. К тому же есть невинные, такие, как Фабиано.

— Достаточно скоро и Фабиано ничем не будет отличаться от них, — горько сказала Джианна. — Он станет убийцей.

Я не отрицала. Фабиано пройдет процесс посвящения в двенадцать. Если то, что сказал Умберто, было правдой, Лука впервые убил в одиннадцать.