Пистолет висел в кобуре под свитером – Родион долго прилаживал ее и вертелся перед зеркалом, пока не убедился, что выпуклость практически незаметна, шапочка-капюшон лежала во внутреннем кармане куртки. Заперев дверцу, он постоял несколько секунд, напоминая себе, в каком кармане у него лежат ключи, каким, старательно отработанным движением, следует напяливать капюшон, каким – задирать полу свитера так, чтобы не зацепилась за рукоятку «Зауэра». Смешно, но особенного волнения он не испытывал – бывали переживания и посильнее. Столь яростно хотелось изменить жизнь и подняться над толпой, над деловой женушкой, что эмоции словно бы высохли.

Главное – перемещаться как можно естественнее. Сначала он притворялся, что ждет автобуса, потом, когда уехали все, кто пришел раньше него, перешел на другую сторону, свернул за угол и минут десять торчал на другой остановке, откуда первая была не видна. А вот «Поле чудес» с обеих точек наблюдалось прекрасно. Время было позднее, базарчик понемногу пустел, осмелевшие бродячие собаки начали уже расхаживать по нему открыто, выискивая отбросы, продавцы волокли всевозможный мусор к урнам, а кое-кто так и уходил, оставив после себя форменное свинство, – но чертов азиат все торчал за прилавком.

Родион, приметив, что намеченная жертва начала укладывать в сумку непроданное – а вообще-то, летние дешевенькие кроссовки и тапочки, которыми тот торговал, расходились бойко, – перешел к ларьку с горячим хлебом и несколько минут добросовестно стоял в очереди. Купил две буханки и большой батон – человек с такой ношей не вызовет ни малейшего подозрения, ясно же, что направляется домой, добропорядочный семьянин…

Ага! Киргиз в серой куртке вскинул сумку на плечо и направился к одному из выходов с рынка.

Рассчитать, куда он пойдет, в общем, довольно легко. С одной стороны дороги – обширная зеленая зона и конечная стоянка десятка автобусных маршрутов, с другой – десятка два многоэтажек, так что маневр у дичи ограничен…

Обогнув небольшое белое зданьице Дворца культуры, Родион увидел впереди серую куртку. Чуть прибавил шагу, напоминая себе: не суетись, мать твою, не дергайся… Он второй день появляется один, значит, вполне возможно, приехал сюда в одиночку, а отсюда логически вытекает, что денежки может постоянно носить при себе, вдруг квартирный хозяин у него – алкаш, на которого полагаться рискованно…

Черт! Машины шли косяком, одна за другой, а киргиз уже скрывался в проходе меж двухэтажными коричневыми домишками на той стороне… Улучив момент, Родион отчаянным прыжком проскочил под носом у красного «москвича», широкими шагами направился к проходу.

Охотничий азарт приятно щекотал нервы.