В самом деле, внизу заработал мотор легковушки, она медленно отъехала от подъезда. Родион мысленно поздравил себя за предусмотрительность и трезвый расчет.

Соседская дверь распахнулась. Сосед с оглядочкой выбрался на площадку, перегнулся через перила, глянул вниз, обернулся к Родиону:

– Ушла?

– Ага, – сказал Родион.

– Слышь, братила… – Сосед, дыша пивом, нагнулся к его уху. – Ты ко мне, как человек, – я к тебе аналогично… Сегодня с обеда тихари крутились по подъезду. Ко мне тоже заходили.

– И что? – хладнокровно спросил Родион.

– Насчет тебя упражнялись.

Когда приходишь, да когда уходишь, да кто к тебе ходит, да что я видел… Ничего я не видел, понял? Так ему и говорю – в натуре, сосед сплошной интеллигент, по досточке ходит, то в консерваторию, то Бетховена читать…

– Ты смотри, не перестарайся там, – сказал Родион мрачно.

– Не, я так, для красного словца… Чего меня учить? Сосед у меня приличный, говорю, ничего за ним не замечал отроду, и вообще я его вижу раз в сто лет… – Положительно, он таращился на Родиона с нескрываемым уважением. – Тебя спросить можно?

– Ну?

– Ты эту кошку, – он кивнул в сторону лестницы, – частным образом трахаешь или она приходила дознавашки снимать?

– Да пристает с вопросиками… – сказал Родион солидно.

 – И то ей знать надо, и это, любопытная до ужаса…

– Значит, не трахаешь?

– Я бы трахнул, братила, – сказал Родион с приличествующей, по его мнению, в такой ситуации гнусной ухмылкой. – Так не дает…"

"– Ты смотри, поаккуратней с ней… Знаешь, кто это? Дашка по кличке Рыжая, замначальника городской уголовки. Опасная, блядь, гремучая змея, к ней подходить надо в скафандре или сразу бежать за темные леса… Прикинь.

Двух моих кентов, сука рыжая, запечатала на строгий, а ребята, я тебе скажу, были по жизни крутые и хвосты рубить умели… Ты с ней поберегись. Не давай вцепиться. Если и есть звезда с зубами, так это Дашка…

– Учту, – сказал Родион.

– Я тебя, в натуре, предупредил, прикинь… Как сосед соседа. – Похоже, ему очень хотелось подольше похвастать собственным благородством и лихостью. – Ты мне вовремя слово кинул, я и подчистил все шероховатости, теперь я тебе кидаю…

– Спасибо, – сказал Родион.

Вспомнил Сонины уроки и поправился: – Благодарю. Извини, некогда…

– Пивка не хочешь?

– Да нет, некогда…

Заперев дверь, он добросовестно напряг память. Пожалуй, и правда что-то такое слышал. Эта фамилия – Шевчук – в свое время в разговоре всплывала… Вадик? Лика? Зойка?

Зойка. И ее неизвестно от кого унаследованная страсть к криминальному чтиву. Вот оно…

Родион почти бегом направился в Зойкину комнату. Никогда в жизни не лазил в ее шкафчик, но теперь не до отцовской деликатности.