Мила и сам олигарх выступали за то, чтобы отнести находку в полицию, Савелий Гранатов выражал сомнение, что найденный в бардачке предмет сочтут достойным внимания. В конце концов, никаких доказательств того, что это действительно был футляр от орудия преступления, у них не было. Да и без собственно ножа кусок кожи вряд ли мог иметь какое-то значение. Некий чехол от какого-то холодного оружия, каких тысячи. Ну и что?

– Если бы этот чехол не был важен для убийцы, он бы не стал трижды вламываться в мой дом, – горячилась Мила.

– Если бы он был так важен, убийца не ждал бы сутки, чтобы ворваться к тебе в дом и оттаскать тебя за волосы, – возражал Савелий.

 – Он бы приехал к тебе в тот же вечер, понимаешь?

Мила немного подумала.

– Я, конечно, никогда никого не убивала, – наконец заговорила она. – Но думаю, что это не так-то просто сделать, даже если ты имеешь железные нервы. Вот представь картину, ты только что ударом ножа в сердце отправил человека на тот свет. Скорее всего, ты просто не заметил, что, доставая нож, выронил на снег чехол. У твоих ног лежит окровавленный труп, и ты судорожно пытаешься сообразить, что тебе делать дальше.

В этот момент в лесу появляется какая-то женщина с собакой. Конечно, она довольно далеко, и есть надежда, что она тебя не заметит, но ее пес – охотничий, поэтому он видит в лесу движущуюся цель и бежит к тебе.

– Какие бы ни были железные нервы у преступника, в этот момент он должен сильно испугаться, что его застукают на месте преступления, – задумчиво поддержал Васин.

– Вот именно, – согласилась Мила. – Однако умный Кактус быстро разобрался, что встретил не животное, а человека, поэтому тут же потерял интерес к преследованию, зато нашел на снегу пахнущий кожей чехол от ножа.

Думаю, что в тот момент убийца этого не заметил. Он просто, затаив дыхание, следил, что пес возвращается к хозяйке, то есть ко мне. Меня, кстати, было хорошо видно. Я, в отличие от убийцы, стояла у кромки леса, не среди деревьев, и на мне был ярко-голубой пуховик, пусть и очень грязный. Уже позже, когда преступник решил, что ему делать дальше, он, скорее всего, хватился чехла, поискал его вокруг, но, видимо, понял, что его утащила моя собака.

– Хорошо, – согласился Савелий, – ты все очень гладко рассказываешь, но главное все равно непонятно. Почему он не ворвался к тебе в тот же вечер? Зачем ждал до воскресенья?"

"– Да потому что в тот же вечер он был занят другим очень важным делом, – нетерпеливо воскликнула Мила. Ей все было совершенно очевидно. – Он же не был уверен в том, что тело Троекурова найдут спустя сутки. С тем же успехом это могло произойти в тот же день или через неделю.