Гул драконьих голосов смешивался с бормотанием ленивцев и отдавался дрожью в переплетённых лианах под лапами Ореолы, которая с интересом осматривала зелёную арену. В памяти неприятно кольнуло – перед глазами невольно возникла другая арена, где драконятам пришлось драться насмерть с взрослыми противниками для увеселения небесных и их повелительницы Пурпур. Ореола заметила, как брезгливо дёрнула хвостом Цунами – видимо, ощущала то же самое.

– Так нечестно, – пробурчала она. – Достаточно тебе выиграть…

– И придётся меня называть «ваше величество», – усмехнулась Ореола. – Вот смеху-то будет.

– Р-р-р… и сможешь вечно надо мной посмеиваться! – ещё больше нахмурилась морская принцесса. – Не вздумай, укушу!

– Тогда мои стражи бросят тебя в темницу. – Радужная величественно взмахнула лапой.

– У радужных темниц не бывает, – хихикнула Кинкажу."

"– А зря, прикажу одну построить – специально для лучшей подруги.

Цунами фыркнула.

– Лучше бы я Звездокрыла подменила, в тюрьму как-то неохота.

Ночной с земляным по очереди присматривали за магическим туннелем. Пока оттуда никто не показывался, даже драконьим дымком не тянуло. Это и пугало, и внушало надежду. Если ночные побаиваются радужных, неожиданная атака имеет больше шансов на успех.

Надо всё-таки поговорить со Звездокрылом, когда он появится. Нет, сразу после состязаний. Весть о появлении Пурпур отвлечёт его от моральных терзаний по поводу предстоящей драки с соплеменниками.

А пока – хватит думать о правительнице небесных, хватает и своих королевских дел.

– Туннель могла бы посторожить и я, – заметила Солнышко обиженно. – Почему меня вечно отодвигают в сторону?

– Ты здесь нужнее, – улыбнулась Ореола, – никто не подбодрит меня лучше, чем ты.

– А ни на что другое не гожусь? – Золотистая крошка поворошила лиственную подстилку ристалища кончиком своего безобидного хвоста. – Ладно уж, поболею за тебя… Вообще-то, я нисколько не волнуюсь, ты непременно победишь!

На самом деле, основания для волнения были. Не говоря уже о том, что противник за прошедшую ночь успел сильно размножиться.

Роскошь красовалась в центре ристалища – алая с головы до пят, и каждая чешуйка обведена зубчатой золотой каймой. Ореола и не подозревала, что можно так разукраситься. Цветочные ожерелья королева сняла, заменив единственным венком из лилий на воротнике, похожим на белую кружевную корону.

Рядом с Роскошью ждали ещё четыре драконихи внушительных размеров, причём очень недовольные, судя по их окраске.

– Кто это? – обернулась Ореола к Кинкажу.

– Другие королевы, – шепнула малышка радужная. – Ну, то есть, ты знаешь – те, кто в очереди. Они тоже не слишком хотят уступать трон.