Одни носили от колодца глиняные баклаги с водой, другие разделывали тушу оленя. Пожилая, но все еще крепкая на вид волчица помешивала что-то в большом котле, который висел на вбитых в землю крюках и распространял невероятный аромат мяса и незнакомых мне душистых трав.

Именно к ней я и направилась, ощущая на себе взгляды наблюдающих за мной женщин.

– Авах варцо? – спросила волчица, уставившись на меня блестящими темными глазами.

И что это значит?

– Мне нужна еда для моего мужа, – громко сказала я и посмотрела на замерших женщин.

Те разом заговорили на своем языке и принялись жестикулировать, но я ничего не понимала.

И что прикажете делать? Как объяснить им, зачем я пришла?

– Кто-нибудь говорит на эрдеронском? – оглянулась вокруг. – Нет? Еда. Мне нужна еда, – попыталась показать, чего я от них хочу.

Женщины заговорили еще громче, перебивая одна другую, но тут вперед вышла симпатичная круглолицая девушка и улыбнулась мне такой сияющей улыбкой, что невольно захотелось улыбнуться в ответ.

– Идти, – сказала акаучи и подала глиняную миску и плоское блюдо, больше похожее на поднос.

 – Брать еда. Здесь, – кивнула на котел, и ее длинные черные косы качнулись в такт словам.

– Вахраби унц, – проворчала пожилая волчица и ловко всунула мне в руку деревянный черпак. – Ихви, – подбодрила она меня, показывая, чтобы я зачерпнула кипящее варево.

Остальные дамы-акаучи подошли ближе, выстроились в кружок и замерли, напряженно наблюдая за тем, как я держу огромный черпак. Мне даже не по себе стало. Почему они так смотрят? Это что, какая-то проверка?

«Так, Кэри, выше голову. Представь, что ты дома, а рядом крутится Ильда и привычно ворчит себе под нос, что без нее госпожа с голоду помрет».

Как ни странно, воспоминание о верной служанке помогло успокоиться, и я уверенно опустила черпак в густое булькающее варево, в котором плавали куски мяса, какие-то незнакомые мне овощи, кукурузные зерна и разваренный ячмень. От котла распространялся непередаваемый аромат специй.

Стоило мне положить в миску крупный кусок мяса, как волчицы снова громко заговорили, без конца восклицая одно слово: – «Ахван». Что оно значило, я не поняла, но на всякий случай вытащила из котла еще пару кусков и добавила густую подливу.

– Ахван атори, – произнесла пожилая волчица и на губах ее появилась скупая улыбка. – Ати.

Она забрала у меня черпак, ткнула им в сторону дома Арду и снова произнесла: – Ати.

– Идти, – перевела ее приказ черноволосая девушка. – Брать вода и идти.

Она положила мне на поднос небольшой кожаный бурдюк и пару лепешек и тоже указала на дом.

– Еда, вода. Нести, – улыбаясь, пояснила моя помощница.

Что ж, меня не нужно было уговаривать.