Я люблю молочный шоколад с орехами, — говорит она и уже не стесняясь, осматривает мое тело."

"— Будет тебе шоколад. И прекрати на меня так смотреть, а то мы точно останемся сегодня голодными, — говорю я, а Злата смущенно хихикает. Надеваю на себя первые попавшиеся джинсы, белую футболку, и достаю еще одну футболку для Златы, кидаю ее на кровать.

— Оденься, маленькая, иначе я вновь тебя изнасилую. А тебе нельзя.

— Почему нельзя? — наивно спрашивает она, но все же надевает футболку, пряча от меня свое красивое нежное тело.

— Потому что это пока слишком много для тебя, маленькая, — подхожу к Злате, обхватываю ее подбородок, и вновь целую медовые губки. — Все, иди в душ, я быстро. И я тебя закрою.

— Я вроде в этот раз бежать не собиралась, — Злата смеется мне в губы.

— Район здесь, как понимаешь, неспокойный, да и соседи у меня не образцовые, — говорю я и быстро покидаю квартиру, напоминая себе, что мне нужно в магазин.

Ее присутствие и близость пьянили похлеще алкоголя. Она порхала по моей квартире, готовила нам обед, попутно отвечая на тысячи моих вопросов. Я хотел знать о Злате все. Когда она родилась, где жила, с кем дружила и кого ненавидела. На кого учится, где работает, о чем мечтает и кем видит себя в дальнейшей жизни. И она с улыбкой на красивых губах все мне рассказывала. А я слушал, улавливая каждое ее слово и движение. Мне казалось, что именно вот так выглядит мой рай, мое счастье и моя жизнь. Когда красивая девушка, к которой меня безумно тянет, готовит нам обед в моей футболке на голое тело.

Несколько раз я буквально силой удерживал себя на месте, чтобы не усадить ее на кухонный стол, не задрать футболку и не взять ее еще раз. Малышке нужен отдых. Но мне было хорошо просто сидеть и слушать ее голос. Я жалел о каждой минуте своей черной жизни. Ведь могло быть все иначе. Я же мог жить нормальной жизнью и встречаться с такой, как она. Просто наслаждаться каждым днем, дарить счастье этой маленькой девочке. Но… вся моя жизнь давно не зависит от меня. Моя судьба давно предрешена. Где-то там уже написана дата моей смерти, которая приближается с каждой минутой. Наверное, поэтому я и позволил себе взять эту девочку, чтобы знать, что все это было не зря. Что в моей жизни был вот этот светлый и счастливый момент. И хочется кричать. Что не отдам ее никому. Не отпущу! Моя она! Только моя! И тут же проклинал себя за эти мысли.

Весь оставшийся день я не мог от нее оторваться, просто ласкал и целовал, заставляя ее говорить. Рассказывать все что угодно только, чтобы слушать ее и понимать, чем живет моя Златовласка.

А ночью вновь любил ее, но уже по-взрослому. Вырывая из нее стоны и мольбы, позволяя ласкать себя и наслаждаться ее нежными прикосновениями.