Не трогай меня, не пачкайся, — говорю я, отодвигаясь от нее, одергивая руку. Она застывает, несколько минут просто смотрит на меня, а потом отворачивается к окну. Правильно делает, нечего ей смотреть в мои пьяные пустые глаза, и вдыхать запах Настиных духов и грязного секса.

— Что дальше? — сдавленно спрашивает она. И я впервые могу дать ответ."

"— Через… — смотрю на настенные часы, понимая, что до рассвета осталась пара часов. — Через пару часов я отвезу тебя домой. И, надеюсь, мы больше не увидимся. Никогда. — Сказал и почти застонал от того, что грудную клетку сдавило так, что дышать не смог. А Злата молчит. Правильно, мне больше нечего ей сказать. Моя задача проследить, что за мной нет слежки. Ваха давно меня не контролирует, знает, что никуда не денусь. А если вдруг сбегу, он все равно найдет. Девочка много знает… Может, конечно, и ментам меня сдать. Похрен, пусть сдает. Годом раньше, годом позже, какая к черту разница, все равно умирать. Не хочу больше строить пути к отступлению. Я уже по уши в этом дерьме. Мне одна дорога — в ад. Главное, чтобы ее не тронули, ее жизнь я смогу выторговать. Но надеюсь, что это просто паранойя и ничего радикального не понадобится. Мать только жалко. Хотя, больно ей не будет. Я даже иногда ей завидую. Я бы тоже хотел так жить. Ничего не помня и никого не зная, в своих фантазиях и иллюзиях.

ГЛАВА 5

ЯрославУ тишины много оттенков. Она бывает как спасительная, так и оглушительно громкая. Еще совсем недавно я любил тишину, считая ее своей спутницей по жизни. А сейчас я люто ee ненавидел. Я молча дал Злате свою толстовку, сделал кофе, пока она переодевалась. Она молча приняла бокал горячего напитка, и так же молча пила его, смотря в предрассветное небо. А я курил, смотрел на девушку и думал о том, что ни разу не видел, как она улыбается.

Мне вдруг стало жизненно необходимо увидеть ее улыбку, узнать, как звучит ее смех. Какая она, когда радуется? Как выглядит ее счастье? И окатывает едким разочарованием от того, что я не узнаю этого никогда.

— Поехали, — выкидываю окурок в окно, выхожу из комнаты, стараясь не смотреть на Злотовласку. Она действительно девочка из сказки. Маленькая принцесса, которая не должна сидеть в заточении. Накидываю кожаную куртку, беру ключи от машины, смотрю, как Злата выходит в прихожую, и прячет от меня свой красивый небесный взгляд. А хочется, чтобы смотрела мне в глаза. Сам не знаю зачем. Просто смотрела и все, чтобы помнить эти чистые глаза.

Мы спускаемся на улицу, садимся в машину и срываемся с места. Мне не нужно спрашивать адрес, я прекрасно помню, где находится дом, на крыше которого случился мой личный апокалипсис. Пытаясь отвлечься от раздражающей оглушительной тишины, смотрю на дорогу и в зеркала заднего вида, вычисляя слежку.