Никогда не думал, что смогу произнести эти слова вслух. — И даже это не гарантия того, что нас не станут искать. Но, по крайней мере, они оставят в покое твоих родственников.

— Даже для мамы? — шокировано спрашивает она, а я закрываю глаза в знак согласия и понимаю, что моя надежда рухнула и разбилась, со звоном отдаваясь гулом в моих ушах. — Мама должна кого-то похоронить, думая, что это я? Ты понимаешь, что я не смогу так с ней поступить. Это же моя мамочка, я — все что у нее осталось после развода с папой. Она не выдержит этого. Моя мама, она… Она все поймет, если все объясню и попрошу, она сделает ради меня что угодно. Но я не имею права так с ней поступить, — задыхаясь, произносит она, а я вновь слышу ее громкое сердцебиение. Она еще что-то говорит, ищет выходы, которых нет, смотрит на меня с надеждой, а я вижу только ее красивые небесные глазки и слышу стук ее сердца.

— Яр, ты слышишь меня?! — произносит моя малышка, отступая от меня, полностью осматривая.

— Все правильно, моя хорошая! Мама — это самое дорогое, что есть у каждого человека. Меня может не быть в твоей жизни, а мать — она одна. Это правильный выбор, — она хочет что-то сказать, но закусывает губы, вновь начиная тихо беззвучно плакать. Злата закрывает лицо руками, пряча от меня свои беззвучные чистые слезки. Моя девочка даже плачет красиво.

— Яр, я… не смогу… без тебя… Я… — всхлипывая, произносит она в собственные ладошки.

— Молчи. Ничего не говори. Я все понимаю. Иди ко мне, дай запомнить тебя, впитать в себя твой запах, вкус твоих губ, — и она вновь кидается мне на грудь, сильно сжимая меня в своих руках, сдавливая ребра, которые я сломал после того, как вылетел из машины перед взрывом. Дыхание спирает от боли, но душевная боль сильнее. Обхватываю ее лицо, притягиваю к себе, зацеловывая соленые слезки. Люблю ее больше жизни. И плевал бы я на свою жизнь, я достоин смерти. Я бы мог провести оставшиеся мне дни с ней, до последнего вздоха, пока пуля в лоб не нашла бы меня. Но я боюсь за Златовласку, она — мое слабое место, и из чувства мести за отца Дар может для начала навредить моей девочке у меня на глазах. Ему будет мало просто убить, он будет убивать меня морально, долго и мучительно, издеваясь над моей душой. Поэтому мне нужно уйти, ради нее. Имею ли я право просить ее ждать меня, если сам не знаю, когда вернусь, и вернусь ли вообще? Нет, не имею, моя девочка еще молода и должна жить полной жизнью, не утопая в прошлом. Мне нужно отпустить ее… Если бы это было так просто. Я мог бы, не спрашивать ее ни о чем, а просто украсть, отобрать у этого мира, отнимая ее нынешнюю жизнь. Но не имею права так с ней поступить.

— Не плачь, моя маленькая, пожалуйста, не надо, улыбнись, хочу запомнить твою улыбку. — Она вымученно улыбается мне в губы и целует.