А потом мы обсудим с тобой то дело, о котором говорили сегодня, будничным тоном произносит Ваха. — На входе тебя ждет машина. Мой водитель отвезет вас домой, — я выдохнула с облегчением, уткнулась Ярославу в шею, чувствуя, как бешено пульсирует его сонная артерия.

— Сами доедем, — хрипло выдал он, немного отстранил меня, осмотрел всю с ног до головы, будто убеждаясь, что со мной все в порядке. Потом обвил мою талию и быстро повел к выходу из этого чертового здания.

Всю дорогу домой я смотрела на Ярослава и с трудом сдерживала слезы. Мне казалось, я не имела права расплакаться тогда, когда ему вдвойне хуже. Он вел машину, смотрел на дорогу, сжимая челюсть, и стискивал руль подрагивающими руками. Ярослав превышал скорость, маневрируя среди потока попутных машин, и не говорил ни слова. А я посмотрела на его окровавленную руку, на запекшуюся на губах кровь, протянула к нему руку и тут же отдернула ее, потому что он отшатнулся от меня.

— Не надо, не трогай меня, — его холодный отрешенный тон пугает. В машине повисает давящее напряжение. Словно мы отдались друг от друга на тысячу километров. Когда мы выехали на свободную ночную трассу, Ярослав закурил и прибавил скорость. Страх и шок начали отпускать и меня начало бесконтрольно трясти. Всю дорогу я обнимала себя руками и пыталась не обращать внимания на раненого Ярослава. Он резко затормозил на стоянке, отпустил руль, откинулся на спинку сидения и потер руками лицо.

— Ярослав…, — я не успела договорить. Он вышел из машины, даже не посмотрев в мою сторону. Я видела, что ему плохо, очень плохо, и он не привык делиться своими переживаниями, поэтому я засунула свои обиды куда подальше и пошла за ним.

Когда мы прошли в темную квартиру, Ярослав сразу направился в ванную и уже через минуту я услышала звук льющейся воды. Облокотилась на стену и глубоко вдохнула, пытаясь восстановить до сих пор спирающее дыхание и унять бешеное сердцебиение. Потом оттолкнулась от стены и пошла на кухню за аптечкой. Зашла в ванну, и долго смотрела на сильное тело Ярослава, который смывал с себя кровь, просто стоя под струями воды. Через какое-то время он вскинул руки к лицу и начал умываться, вода брызнула в сторону, попав на мои руки и я поняла, что она холодная. Он очень долго стоял под холодным, почти ледяным душем.

Яр вышел из душа, не вытираясь, накинул на бедра полотенце и присел на край ванной. Поднял глаза, посмотрел на аптечку в моих руках, поднял уже затуманенный взгляд выше и долго всматривался в мое лицо.

— Принеси водки, — очень хрипло и тихо просит он.

— Здесь есть перекись и йод.

— Водки, — качая, головой, повторяет он. Быстро кладу аптечку на раковину, иду на кухню. Достаю из холодильника водку и возвращаюсь к Ярославу.