С тыла к командному пункту бригады по дороге, идущей между двумя холмами-фортами, подъехала легковая машина-вездеход, вся изляпанная белыми камуфляжными пятнами, и гусеничная боевая машина пехоты с охраной, небрежно рассевшейся поверх брони. Моему опытному взгляду видно, что солдаты на бронемашине бывалые, как бы не из ОСНАЗа, и сопровождать в поездках генералов для них отнюдь не главное занятие. Из машины выходят трое, и навстречу им – Антон Иванович. Поручкались они, значит, и все четверо направились по тропе в сторону моего НП – обозреть, стало быть, окрестности.

А охрана осталась на месте разминать затекшие с дороги ноги.

Однако, доверяет нам господин-товарищ Горбатов, старый противник по препаскуднейшей Гражданской войне… С тех пор унтера и фейерверкеры Великой Войны, взводные, ротные и эскадронные командиры Красной Армии, выросли до генеральских чинов, а мы так и остались престарелыми поручиками и штабс-капитанами. Из старых командующих с красной стороны в строю остался только Буденный, которого большевистская пропаганда чтит как нового Дениса Давыдова, а из белых генералов, не утративших верности Отчизне, на слуху только Антон Иванович Деникин.

И все; те, что пошли за Гитлером, оказались такими мелкими мразями, что люди, служившие с ними когда-то в одних полках, теперь стыдятся этого факта.

– Знакомьтесь, господа-товарищи, – сказал Антон Иванович, когда гости вскарабкались на наши верхотуры, – ранее штабс-капитан, а ныне майор Одинцов Петр Петрович – героический офицер, прошедший с нашей бригадой весь путь от изначального евпаторийского сидения через Болгарию, Белград, Константинополь и Загреб до сей позиции на взятой с боя японской укрепленной высоте.

От таких речей можно и загордиться, тем более что, кроме комфронта генерала Горбатова, моим гостем оказался командующий первым мехкорпусом ОСНАЗ генерал Бережной. Об этом человеке раньше я был только премного наслышан, и вот теперь увидел его своими глазами. На первый взгляд господин Бережной скорее похож не на типичного большевистского генерала, а на одного из нас, старых добровольцев, но это впечатление обманчиво.

Он, как и сопровождавший его офицер кавказской наружности в чине полковника, не то и не другое. Ходят упорные слухи, что они пришли к нам из какого-то ужасного мира будущего, чтобы исправить самые очевидные ошибки и, как говорят большевики, сделать сказку былью. Впрочем, в долгие разговоры господин Бережной с нами не вступал, осмотрел в бинокль нижележащую местность, вполголоса пообщался со своим спутником и засобирался обратно. Мы свое дело, значит, сделали, а его работа только начинается.